Книга Карл Любезный, страница 160 – Владимир Москалев

И Анна сказала:

— Миссию эту надлежит поручить особе королевской крови, но в данный момент я не вижу никого, достойного исполнить эту роль, за исключением нашего уважаемого дяди, дорогой брат.

Карл обрадовался: в самом деле, как ему самому не пришло это в голову? И вдруг он наморщил лоб:

— Но удобно ли это, сестра? Ведь он сам, было время, хотел взять в жены герцогиню Бретонскую. И вот теперь придет к ней снова просить ее руки, но уже не для себя, а для своего племянника! Впору со стыда сгореть.

Анна в душе ликовала: именно так она и представляла себе месть. И она от души посмеется, видя, как придворные хихикают за спиной ее троюродного дяди.

— Вот и пусть сгорит, — ответила она брату. — Для него это будет лучше, нежели прозябать в темнице в обществе крыс и мышей. А вздумает заупрямиться, скажи ему, что крысы буржского замка смертельно скучают, поджидая своего дружка, общество которого доставляло им огромное удовольствие. Прикажи, пусть приведут сюда зачинщика бунта против королевской власти.

За герцогом послали. Спустя некоторое время он вошел и сразу же посмотрел на Анну; в глаза бросилась едва заметная насмешливая улыбка, выдававшая скрытое торжество регентши над своим бывшим противником. И он понял, что пробил ее час мщения, о котором она так давно мечтала. Одной тюрьмой дело не обошлось. Что же она предпримет? Какою будет месть?

В недвусмысленных выражениях Карл дал понять своему строптивому дяде, чего он от него хочет. Людовик видел, что Анна внимательно следит за выражением его лица, но, как ни пытался, не смог скрыть подавленного вида. Он молчал, не зная, что возразить, да и не особенно стремясь перечить, ибо понимал бессмысленность этого. Он проиграл. Регентство от него уплыло, корона — тем более. Все теперь играло против него. Он — первый принц крови, им и останется навсегда, ибо у Карла, несомненно, будут дети. Оставалось одно: подчиниться. Мало того, ему надлежало подружиться с королем: все же они родственники, к тому же он вытащил его из тюрьмы. Черт знает сколько времени вздумалось бы победительнице — его племяннице — продержать его там. И неизвестно, какой еще номер она выкинет, памятуя прошлое и твердой рукой указывая дяде его место. А Карл, коли они подружатся, всегда сможет защитить его. Он хочет жениться на бретонской герцогине? Ну и бог с ним! Еще один удар. Наверняка эту мысль подала брату сестра. Двойное унижение. Но надо стерпеть, ослушаться он уже не имеет права, иначе — опала.

И Людовик Орлеанский отправился в замок, чтобы просить для племянника руки той, которую сам хотел взять в жены.

Ему было стыдно. Он не знал, как войти, что сказать, как и куда смотреть при этом. Он чувствовал себя раздавленным, повергнутым в прах; он впервые в жизни узнал, какою может быть месть женщины. И не исключено, что он пожалел о прошлом, раскаиваясь в своих ошибках и грехах.

Тюрьма калечит, но она же и лечит. Входит туда один человек; выходит, за редким исключением, уже другой.

К его удивлению и радости, принцесса, выслушав его, не рассмеялась, чего он так боялся. Чувство такта было ей не чуждо, — хвала ее воспитателям, — это и диктовало ей не смотреть на него пристально и долго. И вообще, все выглядело так, словно не было у них никогда помолвки; во всяком случае, она забыла об этом и не желает вспоминать. Посланнику, вопреки его ожиданиям, она ответила в нескольких словах, которые яснее ясного дали ему понять, что она готова покориться.