Книга Карл Любезный, страница 157 – Владимир Москалев

Прошу Вас, дорогой брат, внять моим мольбам и освободить моего супруга, ибо я скучаю одна; без него мне очень грустно, так что порою даже и жить не хочется на этом свете. А как решитесь, то не ставьте в известность нашу сестру, она давно уже зла на моего мужа, а потому, я опасаюсь, она не преминет воспрепятствовать освобождению Людовика, а то и упрячет его куда-нибудь подальше. Между тем, отбыв столь длительный срок, можно надеяться, что мой супруг признал свои прегрешения против королевской власти и искренне раскаялся в них, в чем, уверена, он даст Вам свои клятвенные заверения.

Буду благодарна Вам за Вашу милость ко мне до скончания моих дней, мой дорогой и любимый брат Карл. Письмо это тайно передаст ваш духовник: никого иного Ваши церберы к Вам не пускают.

Ваша любящая сестра Жанна Валуа.

Прочитав послание сестры, Карл, не поставив в известность Анну, велел немедленно освободить герцога Орлеанского, простив ему все. Каково же было удивление регентши, когда она увидела своего врага во дворце. Они встретились в Большой галерее, обменялись холодными взглядами и, ни слова не сказав друг другу, проследовали каждый своей дорогой.

На упрек Анны в связи с этим Карл ответил:

— Мне уже двадцать один год, сестра, и я вправе объявлять свою волю. Твое регентство кончилось. Я женюсь, как ты того хотела, на бретонской герцогине, но дальше буду все решать сам. Король я или нет, черт возьми! До каких пор мне ходить под тобой?

— Взять с места в карьер — еще не значит первым прийти к финишу, — назидательно молвила Анна. — Не пришлось бы пожалеть, что загнал лошадь.

— Запомни, я выполняю последний твой приказ, — упрямо, исподлобья взглянув на сестру, произнес Карл.

— Торопись, коли так, ты и без того уже непозволительно промедлил. Но запомни и ты: не следует торопиться выбрасывать костыль; как знать, не придет ли время вновь опереться на него.

Несколько дней спустя Карл во главе сорокатысячной армии направился к Ренну, где находилась в то время четырнадцатилетняя правительница Бретани; вся остальная территория герцогства была уже под контролем королевских войск.

На сей раз близилось к завершению дело, которое, без сомнения, одобрил бы покойный король Людовик, расцеловав при этом свою дочь: руки Анны Бретонской просил король Франции Карл VIII.

Анна Бретонская не хотела, она сопротивлялась, возмущаясь и называя короля Карла дураком и захватчиком. Но французы неумолимы: они и слышать не хотят о фальшивой свадьбе, ссылаясь при этом на «Садовый договор», и требуют разорвать «одноногий» брак.

Осада Ренна продолжалась и скоро принесла плоды: город сдался. 14 000 солдат защищали свою герцогиню от ее заклятого врага, но в конце концов и они сдались на милость победителя, как это уже произошло со всей Бретанью. И они, причем без фальши, заявили, что готовы признать над ними власть французского короля и служить ему. Поговаривают, будто сюда идет германский король? Так они станут на защиту своей госпожи плечом к плечу с французами против Габсбурга, как только что стояли против Валуа. Итого 50 000 солдат встанут под знамена молодого монарха! Пусть-ка сунется римский король!

Максимилиан не сунулся; он попросту опоздал.

Но был единственный человек среди прямых действующих лиц этой истории, которому французская экспансия пришлась не по душе. Мало того, человек этот просто ненавидел Францию и с содроганием думал о том, что ему придется-таки подчиниться. Речь идет о женщине, точнее, девушке; ей всего четырнадцать лет, и она является наследницей Бретани с титулом герцогини.