Книга Добрая фея короля Карла, страница 227 – Владимир Москалев

— Клянусь прахом моего деда! – в возбуждении вскричал король. – Да я скорее прикажу изрубить на куски этого святошу, нежели позволю ему обидеть твою Елену, коли так обстоит дело! Так и передай отшельнику. Однако, Гастон, монах охотится не только за ее головой, но и за твоей. Он уверяет, что ты – пособник еретиков, а стало быть, разделяешь их убеждения.

— Да проклянет земля этого лупоглазого осла, как прокляла она Каина! – не сдержался Гастон. – Нет, ей-богу, я найду этого белого монаха и вспорю ему брюхо! Не лучше ли это будет, Карл, нежели жить в постоянном страхе, что попадешь в пыточную камеру, которую этот ханжа устроил в подвале старого дворца?

— Не горячись, пусть себе монах бесчинствует; ему некого будет ловить. Твоей Эвридике, как ты уверяешь, ничто не угрожает, а мы с тобой… ах, если бы у меня были деньги! Ведь Бургундия не так уж далеко. Я тотчас выслал бы гонца, а через неделю под стенами Парижа стояло бы десятитысячное войско немецких рыцарей… Но я не имею права грабить свой народ, и без того уже обобранный.

В эту минуту в коридоре послышался короткий лай. Друзья переглянулись.

— Ты приказал привести сюда собак, Карл?

— И не думал.

Лай повторился. Гастон, вздрогнув, изменился в лице:

— Будь я проклят! Либо я совсем ничего не понимаю в людях, либо это… – И он рассмеялся. – Я так и знал! Он не мог поступить иначе, или это был бы не рыцарь.

— Какой рыцарь?

— Рено де Брезе!

И тут лакей у входа доложил, что короля желает видеть некий странный посетитель… с мечом, с дубинкой и… с собакой. Его пытались не пустить, но малочисленная охрана не смогла его удержать. И вот он здесь со своим страшным псом, при виде которого слуги у дверей разбежались кто куда, а тут еще кто-то крикнул: «Сам дьявол!»

Карл вопросительно поглядел на друга.

— Скажи стражникам, чтобы впустили его! – крикнул Гастон.

И Рено вошел в покои короля – большой, сильный, в куртке из звериной шкуры и с дубинкой в руке. Даже не нагибаясь, он держал за ошейник огромного черного пса. Тот, не раскрывая пасти, напряженно глядел на короля.

— Бино! – вскричал Гастон и бросился навстречу.

Пес вильнул хвостом и протянул лапу. Они поздоровались. Гастон поднялся.

— Я знал, что ты не выдержишь, Рено.

— Если моему другу грозит беда, я готов отдать за него жизнь, – слегка раздвинул губы в улыбке отшельник. – Разве мы с тобой не рыцари? – И он протянул руку.

Гастон крепко пожал ее. Потом обернулся:

— Вот тот человек, Карл, о котором я тебе говорил. Теперь ты понимаешь, надеюсь, как смогли мы победить в той схватке. Говори же, Рено, государь хочет тебя слышать!

Гость устремил на короля ясный взор больших светло-карих глаз:

— Я желаю, король Франции, быть рядом с моим другом и разделить его судьбу, какою бы она ни оказалась. Нет ничего священнее дружбы, когда-нибудь начинаешь это понимать. Но в твоем городе, король, находится женщина, дружба которой мне так же дорога, как и твоего рыцаря. Она его невеста, и я пришел сюда, чтобы защищать их обоих. Но рыцарь Гастон служит тебе, стало быть, мой долг поступить так же. Полагаю, ты не откажешься от услуг воина, ветерана Креси и Пуатье. Однако я хочу знать, не попала ли в плен эта женщина, которую зовут Эльзой. Если это так и ты ничего не предпринял для того, чтобы вырвать ее из рук врагов, то я не стану служить тебе, ибо это будет противно правилам дружбы и чести моей. Зато я освобожу пленницу, клянусь рукоятью своего меча и этой дубиной!