Книга Высматривая путь. Том I, страница 41 – John Lemon

Народ столпился у деревянного строения, отдаленно напоминающего баню. Окон в нем совсем не было и пахло оттуда хвоей и березовой корой. Резкий и до ужаса громкий вопль заставил мужчину вздрогнуть и нахмуриться. Но шаг он не замедлил и уже через мгновение оказался у толпы гомонящих кметов.

— Чего надобно, мастер? — подал голос стоящий ближе всего дед с густыми седыми бровями. — Не видите что ли? Рожают тут у нас.

— Рожают? — машинально переспросил Эскель осматриваясь. За углом скрылась черная тень, а медальон все не унимался.

— Так точно, мастер, — закивал дед, а сам в недоумении заозирался. — Что приключилось-то, милсдарь? Вид у вас больно тревожный.

Ведьмак поднял взгляд на соломенную крышу и увидел, как у дымохода вилось что-то отдаленно напоминающее небольших размеров человека. Руки только больно худые и когтистые, а еще пыхтело оно громко.

— Теперь все понятно, — сузил горящие в темноте глаза ведьмак и поудобнее перехватил меч. — Пусть рожают. А я нечисть прорежу.

— Нечисть?! — заохали бабы и завертели головами по сторонам мужики. — Откудова тут нечисти взяться?!

— Уж позаботьтесь, мастер, — вышел из толпы ладный мужик с плечами широкими и взглядом суровым. — Я вам тройную цену заплачу, только защитите мою Зофьюшку.

— Верно говорят, что роженицы нечистую привлекают да чудовищ разных, — залепетал женский голос в толпе и все внезапно утихли.

Эскель напрягся сильнее. Его глаза бегали взглядом от стены к стене, от углов к двери и обратно. Все сбежались на крики несчастной. Все, кто мог. И ночницы, и вештицы, и даже несколько крикс крутилось вокруг дымохода. И если он не предпримет ничего, то помрет она.

— Отец девушки здесь есть? — наконец заговорил ведьмак.

— Есть! — отозвался мужик и вышел из толпы. Кметы загудели снова.

— Нож есть?

— Есть!

— Передай его в баню, пусть у изголовья положат, и чтобы никто и звука не издавал из баб. Я должен слышать только роженицу.

— Как прикажете, мастер, — мужик поспешно скрылся, дрожащими руками пытаясь достать из-за пояса нож с изувеченной деревянной ручкой.

Глубоко вздохнув, ведьмак направился нарезать круги вокруг бани. Ждать больше нельзя было, ведь злыдни эти могут в любой момент внутрь попасть и тогда уж точно быть беде.

— Тужься, Зофья, не останавливайся, — приговаривала Дера, когда за спиной появился мужик с ножом.

— У изголовья положите! Так мастер ведьмак приказал! Нечисть тут ошивается, Зофьюшку нашу подстерегает и ребятенка ихнего!

Бабы заохали, но просьбу исполнили.

— И еще наказал мастер молчать всем. Надобно ему только роженицу слышать!

— Еще чего, — буркнула внезапно девушка. — Я должна указания давать, чтобы ваша Зофьюшка выжить могла. А не ножи какие-то у головы ее выкладывать!

— Так вы шепотом, госпожа, шепотом, — проговорила едва слышно самая молодая из помощниц.

— Боги, — выдохнула Дера, а в это время Зофья завопила не своим голосом. — Не забывайте отваром ее поить!

— Не забываем, милсдарыня! Пьет она, пьет, — подала голос вторая помощница.

— Тише, заклинаю вас, тише, — шикнул кто-то за спиной, а Фредерику аж дрожь пробрала от злости.

Мало того, что роды такие тяжелые, так они тут еще игры какие-то с обрядами затеяли. Вдох и медленный выдох помогли успокоиться. Зофья не прекращала тужиться, а головка медленно продвигалась прямо к подставленной Дерой тряпке.