Книга Высматривая путь. Том I, страница 145 – John Lemon

Травница вздрагивала каждый раз от того, как прохладные листки касались воспаленной кожи, но упорно и мужественно терпела, не издавая и звука. Как только с повязками было покончено, Эскель отчего-то бережно подержал замотанные руки девушки в своих и вздохнул.

— Как доберемся до Третогора, купим тебе перчатки, — проворчал он, не переставая хмуриться.

— Если найдем где.

— Думаю, что найдем.

Травница неуверенно кивнула и едва-едва пошевелила начинающими неметь пальцами. А ведьмак все не отходил от нее. Смотрел на короткие обломанные ноготки, на светлые подушечки и хрупкие костяшки. От его ладоней шел такой жар, что Дере аж дурно стало. Благо, что к эманациям она мало-помалу привыкала и уже не придавала особого значения. Внутри, конечно, все по-прежнему переворачивалось, как только ее кожа соприкасалась с кожей ведьмака, но с каждым разом становилось все проще спрятать неловкость и смущение. Одним словом — приноровилась. Хвала пресвятой Мелитэле, что ведьмаки не умеют читать мысли. Иначе она бы давно сквозь землю провалилась из-за своих неуемных позывов. Видать, мужское общество на нее так влияло, ведь раньше кроме трав, кореньев и всяческих снадобий ее подобного рода влечения совершенно не беспокоили.

— Есть охота, — неловко улыбнулась девушка.

Эскель вышел из оцепенения и будто бы опомнившись поднялся и направился к Васильку. Некоторая часть провианта была в его сумках, чтобы не загружать только бедного Стебля. Да и его конь был на порядок сильнее и крепче, чем беспородный скакун Деры. Но в выносливости ему не откажешь, как ни крути. Стойко выдержал весь путь и даже не попытался взбрыкнуть.

Вытащив из сумки сверток с хлебом и луком, а еще шпик, заботливо засоленный мясником и завернутый в плотную льняную ткань, он двинулся к Фредерике.

Руки она все еще держала раскрытыми на своих коленях. Видать, из-за ран даже не могла согнуть. Но ничего, Эскель вспомнил как сам учился объезжать коней. Муторное было дело. А сколько раз его из седла выбрасывало и сосчитать нельзя. Благо, что мозги все не отбил и спину уберег. А переломы рук и ног срослись в считанные дни. И уж какие-то там натертости — сущий пустяк. И Дера это поймет. Например тогда, когда почувствует первые лопнувшие мозоли на ладонях от работы с мечом. Он, конечно, не питал особых надежд насчет ее умений, но обучить азам все же стоило. Глядишь, как-нибудь спасут ей жизнь. Это ведь большак, и тут может произойти все что угодно. Тем более с беззащитной девкой, у которой из арсенала только язык без костей и изнеженность княжны.

Разложив еду прямо на траве, ведьмак устроился рядом и так же оперся спиной о липовый ствол. Пахло от дерева сладко и чуть даже приторно. Но запах этот успокаивал и селил в душе давно забытое чувство беззаботности. Вспомнилось отчего-то, как в детстве он так же сидел под липой долгие часы и умиротворенно слушал шелест листвы. Она каким-то магическим образом выросла среди двора крепости и была довольно большой и раскидистой, а еще вокруг нее всегда летало много шмелей. Он старался слиться со стволом, чтобы его не заметил старик Весемир и не загнал ремнем обратно в лабораторию к остальным еще юным ведьмакам обучаться азам алхимии. Кажется, тогда ему было одиннадцать? Или, может, двенадцать? Так сразу и не сказать. Но возиться с эликсирами он невзлюбил примерно в таком возрасте. Отчасти из-за постоянно одолевающей скуки, отчасти из-за исполосованного ремнем зада. Из воспоминаний его вывел голос Деры, которая неторопливо жевала оторванный от серой буханки ломоть хлеба.