Книга Высматривая путь. Том II, страница 193 – John Lemon

На пороге стоял ведьмак. Бледнее чем обычно, весь мокрый, в пропитанной по̀том рубахе и с таким выражением лица, будто помер кто, не иначе. Фредерика переступила с ноги на ногу, едва не забыв о тряпице между ног, и внезапно поняла, что видеть его она, пока ещё, не совсем готова. Злости уже не было, осталась только обида, но его изможденный вид и ту оттеснил на задворки, выводя на первый план волнение и необычайной силы заботу.

— Ты… — начала первая она, переступая гордость, сглотнула вязкую слюну, немного помедлила, но продолжила. — У тебя что-то болит? Выглядишь ужасно.

— Все болит, — честно признался Эскель и скривившись, сделал несколько шагов, параллельно закрывая рукой дверь. Не забыл, так же, стянуть с плеча сумку и откинуть ее в темный угол у шкафа.

— Трупов больше нет? — Дера внимательно смотрела на то, как он проходит дальше в комнату, и с каким трудом ему даются движения. А еще увидела в ведьмачьих глазах столько неподдельной грусти, что ей и самой стало не по себе.

— Нет, — хрипло ответил он, пытаясь снять рубаху. Вот только руки поднять оказалось очень болезненно.

Даже у такого как Эскель есть свои пределы. И видать один из них, он только что переступил.

Фредерика, не говоря ни слова, подошла поближе и стараясь не смотреть в его лицо, схватилась за рубаху, пытаясь вытащить края из-за пояса штанов. Ведьмак даже и не противился такой ее инициативе. Да и как тут противиться, если он едва на ногах стоит? Повозилась немного дольше, чем хотела, а затем осторожно принялась поднимать ее вверх.

— Я вижу, как тебе больно, — тихо заговорила она. — Я хочу помочь тебе и только посмей меня оттолкнуть.

Эскель ничего не ответил. Только шумно выдохнул и из последних сил поднял руки вверх. Дера сработала быстро и решительно: встала на носочки, потянула рубаху до верха, проверила что голова вышла из ворота и только после этого помогла Эскелю опустить руки. Тогда-то сдержать болезный стон у него не вышло.

Откинув дурно пахнущую тряпку в сторону, травница ужаснулась тому, как посинели его бока в месте, где, по идее, были ребра. Гораздо сильнее чем тогда, когда она увидела их в бадье. Раньше он говорил, что все хорошо, и что это мелочи, ибо — хваленная ведьмачья регенерация. Но на деле оказалось, что никакая регенерация не справляется. И в связи с этим, весьма неожиданная мысль пришла в голову травницы. Она осторожно коснулась пальцами груди Эскеля и прислушалась к его хриплому, тяжелому дыханию. Разум, тут же, услужливо подбросил воспоминание о словах наставницы.

— Ничего не случиться… — прошептала девушка. — Просто ничего не произойдет.

— Что? — ведьмак нахмурился, понимая, что на фоне плохого самочувствия и изможденности, его слух малость притупился.

— Ничего. Хочу тебе помочь, — задумчиво заговорила Дера. — Ритуал жизни. Раны-то он исцеляет, на руке. Значит, в теории, и другие тоже должен?

Эскель только вздохнул и сокрушенно покачал головой. Спорить сил не было, ругаться тоже, а сыпать обвинениями и подавно. И если Фредерика так неожиданно решила поэкспериментировать, то так тому и быть. Лишь бы избавиться от боли этой треклятой, и вернуть телу былую силу. К тому же, чем черт не шутит?

— Ну так что? — она выжидающе заглянула в его глаза.

— Добро. Сделаем как ты хочешь, — хотел ответить спокойно, а по интонации получилось слишком равнодушно.