Книга Серена, страница 169 – Рон Рэш

Оглянувшись на лагерь, Пембертон нашарил взглядом черное пятно, где прежде стоял их дом. Дымоход рассыпался и рухнул, но крыльцо устояло и походило не столько на руины жилища, сколько на ступени, возведенные для пустующего пока эшафота. Стул с высокой спинкой, на котором сидел Макдауэлл, так и остался стоять точно напротив этих ступеней.

Серена направила своего белого мерина ближе к мужу, и ее лодыжка скользнула по его ноге. Протянув ладонь, Пембертон погладил ногу Серены над коленом. Жена поймала его руку и крепко прижала к своему бедру, словно желая оставить на нем отпечаток ладони Пембертона.

— Как поступим с нашим бывшим шерифом? – спросила она.

— Убьем, – сказал Пембертон. – Если хочешь, я сам это сделаю.

— Нет, лучше поручим Гэллоуэю, – решила Серена, – как только он вернется из Теннесси.

Подняв глаза, Пембертон увидел, как орел сужает круги. Что-то заметил, наверное.

— На кого твой орел станет охотиться в Южной Америке?

— На змею, которую местные жители прозвали фер де ланс^[35], – с готовностью ответила Серена. – Она намного смертоноснее наших гремучих змей.

— Что же до моей охоты… Похоже, горного льва мне уже не добыть, – заметил Пембертон, – зато появится возможность выследить ягуара. Ничуть не меньшее испытание.

— И не менее достойный трофей, – согласилась Серена.

Пембертон вгляделся в оловянно-серые радужки ее глаз, в их золотистые крапинки, а затем и в черноту зрачков. «Давно ли, – подумалось ему, – я не набирался духу посмотреть в эти глаза и впитать их ясность?»

— Давно же ты не возвращался ко мне, – сказала Серена. – Теперь ты снова тот мужчина, за кого я выходила замуж.

— Все дело в пожаре. Он напомнил о единственном, что имеет для меня значение.

— И что же это такое?

— Ты, – просто ответил Пембертон.

Тень орла прошла над ними. Птица бросилась вниз, чтобы припасть к земле в пятидесяти ярдах ниже по склону. Орел боролся с добычей, яростно трещала погремушка на змеином хвосте, но вскоре шум смолк.

— С начала апреля он убил уже сорок две змеи, – похвалилась Серена. – Надо бы отвезти беркута в округ Джексон, пусть и там убьет хоть несколько штук, пока холод не разогнал ползучих гадов по логовам.

Достав из чехла на седле металлический свисток, Серена дунула в него, а затем помахала манком в поднятой над головой руке. Орел взмыл в воздух и, махнув могучими крыльями, легко спланировал, чтобы опуститься рядом с лошадьми. На землю сломанной веткой рухнула гремучая змея пыльного окраса. Лошадь Пембертона с испуганным ржанием отпрянула, и ему пришлось резко натянуть поводья, а вот арабский мерин Серены уже настолько привык к птице с ее добычей, что даже ухом не повел. Змея выгнулась, извиваясь, и Пембертон увидел вспоротое орлиным клювом брюхо и вырванные нити лиловых внутренностей, тянущиеся по земле. Хвост змеи слабо трепыхался еще несколько секунд, а потом затих.

На второй день к вечеру Пембертон заслышал звук мотора: в лагерь с ревом и грохотом въехала машина. Подойдя к окну конторы, лесопромышленник увидел, как из кабины тяжело выбирается Гэллоуэй: во всю левую щеку расцвел темно-сливовый синяк, глаз заплыл, почернел и перестал открываться. Охотник отошел прочь, встал среди сгоревших пней и стал оглядывать окрестные склоны. Вертел головой, пока не увидел Серену: рабочий день подошел к концу, и та уже направлялась к лагерю. Пошатываясь, Гэллоуэй начал подниматься на склон, чтобы встретить хозяйку. С отсутствующей кистью и кровоподтеком на пол-лица он выглядел человеком, которого сбил на обочине невнимательный автомобилист.