Книга Первое прикосновение, страница 75 – Ванда Лаванда

— Прости, я опоздал, — с трудом выдавил из себя Дрей, все еще ощущая легкое головокружение.

— Да, я видел, что ты был занят, — скрипнул зубами Маркус и кивнул на скамейку, на которой Андреас только что сидел с Георгом.

— А… Ну, это… мой бывший. Помнишь, я рассказывал о нем? Представляешь, он-таки встретил свою родственную душу. И это не я, конечно. Такая забавная история…

— Не похоже, — Маркус скрестил руки на груди.

— Что «не похоже»?

— Не похоже, что он кого-то встретил. Флиртовал с тобой, обнимал тебя, гладил. А ты был не против!

— Что ты несешь?! Мы просто поговорили. Он рассказал, что проблема в наших отношениях была не из-за меня, — Андреас нахмурился и тоже сложил руки на груди.

— Я тебе это говорю каждый день! Что ты ни в чем не виноват. Ты нормальный, не бракованный. Но тебе нужны слова со стороны. Может, дело не в словах, а в том, кто говорит? Может, он хорош не только в этом? Может, ты хочешь вернуться к нему? С ним, наверное, не противно ложиться в постель?! — Маркус злился и шаг за шагом наступал на Андреаса, а тот пятился. — Куда там мне, неотесанному мужлану, до такого франта?!

Похоже, что Маркус не так уж и благосклонно воспринимал дистанцию между ними. Обвинение острой бритвой резануло по натянутым нервам Дрея, так что он сжал губы и, показав Маркусу средний палец, пошел прочь. Его слегка пошатывало, и тошнота никак не унималась, но он надеялся уйти с гордо поднятой головой. Но не пройдя и нескольких метров, ему пришлось свернуть к ближайшей урне. Его так замутило ото всех мыслей и переживаний, что он выблевал свой завтрак в мусорное ведро. В прямом смысле слова. Маркус в два шага оказался рядом и придержал Дрея за плечи. Сзади прошла пожилая пара, и женщина, недовольно цокнув, проворчала:

— Вот же алкашня!

Андреас ее даже не услышал. Он стряхнул с себя руки Маркуса, вытер рот тыльной стороной ладони и выпрямился.

— Я тебе не изменял и не собирался! Ты мне либо полностью доверяешь, либо катись на все четыре стороны на своих двух колесах!

Маркус промолчал. Дрей опустил голову и вздохнул. Если кто-то не отвечает сразу, что верит тебе безоговорочно, то значит, дело плохо.

— Все ясно. Пока, — сказал Андреас пару минут спустя, когда почувствовал себя лучше, и быстро пошел на выход из парка. Сбежать от Маркуса, когда он был без мотоцикла, было не сложно. К тому же, он и не пытался его догнать.

Уже будучи дома Дрей раз за разом прокручивал у себя в голове их разговор. Он понимал, что был не прав. Нужно было отреагировать по-другому. Нужно было объясниться, а не лезть в бутылку. Нужно было прислушаться к словам Бородача и успокоить беснующегося Маркуса! Всё это он понимал. Но всё же не мог заставить себя взять в руки телефон и хотя бы написать Маркусу, чтобы извиниться. И тот тоже не писал и не звонил.

Только на следующих выходных Маркус впервые попытался связаться с Дреем, но тот не ответил. Он не знал, что сказать и как себя вести. Но он скучал, как же он скучал. По разговорам, по необычным местам, что они посещали, по восхищению Маркуса его рисунками. Скучал даже по простым тихим вечерам, когда они просто смотрели кино или вместе готовили на маленькой кухне у Маркуса. А еще он скучал по поцелую. По тому, первому, в поле… И теперь Андреас жалел, что не решился взять от их короткого романа больше: больше поцелуев, больше прикосновений, больше ласк. Ведь, похоже, первый поцелуй будет единственным.