Книга В СССР геев не было!, страница 191 – Ванда Лаванда

— Тогда подари ты мне, – смущенный и болезненно отвергнутый Слава ляпнул первое, что пришло ему в голову. Он уже настроился подарить свой первый поцелуй Мише и, конечно, заполучить его поцелуй в ответ. – Мой день рождения только в конце лета, но я не против получить подарок сейчас. Если ты не хочешь такой подарок, то я хочу!

— О чем ты вообще, черт возьми?! – Миша подошел к Славе, взял за плечи и легонько встряхнул. Голова парня качнулась вперед-назад, как будто он с чем-то согласился, кивая. – Слушай, я благодарен, что ты хранишь мою тайну, что ты меня не сдал, и что ты вообще со мной дружишь, зная, что именно я к тебе испытываю…

Он выдохнул, оттолкнул Смирнитского и снова оперся спиной на закрытую дверь клуба.

— Ты, похоже, не понимаешь, но для меня это не шутка. Я хочу тебя поцеловать, как парни целуют девушек. Я хочу держать тебя за руку и обнимать, совершенно не по-дружески. Если ты думаешь, что можешь меня поцеловать просто ради подарка или какого-то эксперимента, а потом все вернется к тому, как было прежде, то это не так.

Слава набрал в легкие воздуха, собираясь объясниться, но Михаил остановил его жестом.

— Не перебивай, выслушай меня! Быть другим не легко, и я от всего сердца не желаю тебе быть таким, как я. Постоянно следить за тем, что говоришь, как смотришь, о ком рассказываешь. Надо мной уже подшучивают друзья, что я все время думаю и говорю лишь о тебе. Но пока они считают, что я нашел себе младшего братика. И я могу притворяться, что так и есть. Но если мы… эм… поцелуемся, то для меня все изменится. В общем, что я хочу сказать…

Миша неопределенно покрутил рукой в воздухе, не зная, как точнее закончить свой монолог. Слава опустил голову, рассматривая носки своих ботинок, как и всегда не таких идеально начищенных, как у Михаила.

— Это не шутка и не эксперимент. Да, я ни с кем не целовался. Но с тобой я хочу, и тоже не по-дружески. Только боюсь, что… – Ярослав сжал переносицу, покраснев, как рак. – Боюсь, что мой нос помешает…

Михаил пружинисто оттолкнулся от двери и оказался очень близко к Славе, так что тот посмотрел на него снизу вверх. Миша нежно улыбнулся Ярославу, опять успокаивая его, опять собираясь сделать первый шаг.

— Твой нос прекрасен, и он никак не помешает, если сделать все правильно, не торопясь, – он положил ладони на щеки Славы и немного наклонил его голову вправо. – Ничего не может помешать, если ты этого хочешь.

— В каком смысле клуба не будет? Я видел, что сюда Михаил шел, – с лестницы раздался недовольный голос одного из шахматистов, и на этаже появились две девушки и парень. – Ну вот, говорил же! Он здесь. Привет!

Когда в зоне видимости появились непрошеные свидетели, Михаил снова опирался на дверь, а Слава, присев, с усердием зашнуровывал ботинки, чтобы никто не увидел его красного лица. А ведь у них почти получилось!

— Привет, – Миша беззаботно махнул пришедшим рукой. – Да, клуба не будет сегодня. Дверь закрыта, ключ на вахте, председатель в самоволке!

Все рассмеялись, а девушки, переглянувшись, подошли поближе, встав между Мишей и Славой.

— Может, тогда в кино? На последний сеанс, я думаю, успеем, – сказала та, что повыше, проигнорировав злой хмурый взгляд Славы.

— Конечно, идите, а я пообещал своему названному братишке помочь с математикой, так что мы отправимся грызть гранит науки.