Книга Ожерелье княжны Гальшки, страница 95 – Александр Мартинович

— Встретимся, святой отец! — повторил Вася и понесся следом за Сангушко.

От преследователей они оторвались с трудом, только благодаря тому, что все предусмотрели. Когда погоня начала настигать их, в бой ввязались люди, специально назначенные прикрывать отход, а остальные смогли продолжить путь.

Позади слышались крики, ругань, удары сабель, но они становились все тише по мере того, как конники углублялись в лес. Толстые, в несколько обхватов деревья со всех сторон окружали узкую тропинку, ветви били всадников по лицу. Сангушко, как и все, не обращал на это внимания, подгоняя своего коня. И теснее прижимал к себе Гальшку, словно боясь, что потеряет ее. От ощущения, что она рядом, такая дорогая и желанная, сердце его наполнялось теплотой, верилось, что все обойдется. Повенчаются, а потом нужно уходить дальше.

От Беаты с ее постоянным желанием указывать дочке. От противного окружения, которое только тем и занимается, что плетет интриги. А еще Сангушко не сомневался, что, если появится опасность, Острожский обязательно придет на помощь. Не оставит в беде.

Княжна пришла в себя, когда остановились около небольшой часовни, затерявшейся среди лесов. Посмотрела на Сангушко, на конников, которые спешились… Не могла понять, где находится и что за люди ее окружают. С трудом догадалась:

— Дима, мы удрали?

— Удрали, любимая! — ему хотелось целовать ее, не обращая внимания на присутствие охраны. Может быть, и решился, если бы не увидел старого священника, выходящего из часовни:

— Нужно спешить, дети мои. Уже рассвет, а дорога неблизкая.

Он позвал их за собой, а дальше все происходило, как во сне. И Сангушко, и Гальшка меньше всего прислушивались к тому, что говорит священник. Им не так важно было, какие слова звучат. Главное, что становились законными мужем и женой, а после, не сомневались, уже никто и ничто их не разлучит, из самых трудных перипетий выйдут победителями.

Не могли знать, что пережитое ими до этого вскоре забудется, начнутся куда более сложные испытания.

Сначала это был древний торговый путь, ведущий от Балтийского моря к Черному, по которому в обе стороны следовали купцы со своими караванами, гружеными товарами. Позже по этой дороге в Краков торжественно въезжали короли с многочисленной свитой, направляясь в замок на Вавеле. Не чужой была она и зарубежным послам, которые также спешили туда, чтобы решить важные, зачастую неотложные дела, а то и просто отдохнуть по приглашению гостеприимных хозяев. А поскольку эта дорога вела в обитель главы Короны и Княжества, вскоре начала называться королевской дорогой.

Теперь по ней направлялась Беата. Перед тем как собраться к королю Сигизмунду Августу, у нее произошел непростой разговор с Острожским. Правда, не сразу после похищения Гальшки.

После той ночи, когда у нее выкрали дочь, и на следующий день княгиня не могла прийти в себя, только слала угрозы в адрес Константина Константиновича, часами плакала, никого не подпуская к себе. Однако, когда ей сообщили, что на аудиенцию просится отец Антонио, согласилась увидеть его.

Святого отца было не узнать. Правая рука висела словно плеть, глаза настолько впали, что, если бы не знал, кто перед тобой, можно было бы подумать о появлении призрака, неведомо как очутившегося в замке. Увидев своего духовного наставника в таком виде, Беата не могла не улыбнуться, хотя улыбка у нее получилась вымученной, а поэтому неестественной.