Книга Тайна тевтонского замка, страница 59 – Нина Левина

— Если будем нормально ехать, с кратковременным отдыхом, и не задержимся на пограничных пунктах пропуска, то через сутки можем оказаться на месте. А пограничных переходов у нас в избытке, — Маша покачала головой, изучая карту. — Навигатор почему-то настаивает, чтобы мы ехали через Беларусь и Литву в Калининградскую область и лишь затем отправлялись в Польшу к Мариенбургу. Не берусь спорить с навигатором — он плохой трассы не предложит, ему лучше знать о состоянии дорог. Раз говорит ехать через Минск, Вильнюс и Калининград, значит, так и сделаем. Есть только две проблемы. — Женщина взглянула на Готтлиба. — Я имею в виду не документы. Об этом мне даже не хочется думать.

— А какие?

— Меч и золотые монеты. Если даже у пограничников не вызовет вопросов соответствие твоей физиономии лицу на фотографии, то с этими предметами нечего даже думать пересечь границу. Нас повяжут, как контрабандистов.

— Что же делать? — огорчился Готтлиб. — Рыцарь без меча…

— Ах, оставь эту благородную философию! Она не поможет на границе. От меча и монет придётся избавиться.

— Выбросить? — растерянно спросил Готтлиб.

— Зачем? Монеты мы легко конвертируем в современные деньги. Жаль, что у нас совсем нет времени, чтобы продать их подороже нумизматам и антикварам. Но ничего! Думаю, скупщики золота из ломбарда дадут хорошую цену. А вот меч придётся спрятать. Только где? — Маша задумалась. — Моя квартира — это ненадёжно, в вокзальную камеру хранения нельзя — там на входе рамки, банковская ячейка тоже не годится. Кажется, есть только одно место, где твоя ценность точно не пропадёт.

* * *

— Ну, Трошкина, знаешь ли! — шеф побагровел от негодования. — У нас тут что? Оружейная палата или склад боеприпасов?

— Воронцова, Геннадий Викторович, Воронцова. Очень легко запомнить, — мягко проговорила Маша. — При чём здесь склад боеприпасов? Я же не прошу вас принять ящик гранат или патронов. Всего лишь красивый и совершенно безобидный меч. Я ни на секунду не забыла, что у нас солидная рекламная компания с безупречной репутацией и… добрым, великодушным шефом, столько лет относившимся ко мне, сироте, с заботой и вниманием.

— Ну уж, ты это… не перебарщивай с лестью, — шеф довольно фыркнул, начиная остывать.

— Да-да, Геннадий Викторович! К кому, как не к вам, я могу обратиться с такой просьбой? Пусть полежит несколько деньков, пока мы с Гот… Кириллом уедем из Москвы. Места ж немного займёт. — Она кивнула на высокий металлический сейф за спиной шефа.

— При чём тут место? А вдруг этой железякой кого-то убили? Или проверка неожиданно нагрянет? Вот ты очень хорошо своего Кирилла знаешь? — прошептал Геннадий Викторович, склонившись к Маше и кивая на мешочек с дукатами, который она показывала ему, советуясь о стоимости. — Деньги из драгметалла в ломбард собираешься сдавать. А откуда у него столько золотых монет?

— Ой, ну разве сейчас можно кого-то удивить жалкой горсткой монет? — воскликнула Маша. — Вы как будто новости не смотрите! У людей находят сотни золотых часов, десятки килограммов банковских слитков, стеллажи из пачек банкнот под стенами! А тут — смешно сказать! Кстати, это вам! — Маша протянула шефу монету. — В качестве сувенира от моего мужа. Между прочим, это золотой императорский дукат с портретом Франца австрийского.