Книга Беллона Карлеаль, или сестра изгнанника, страница 193 – Юлия Чеснокова

— Лукас, перестань издеваться, я спросила тебя, зачем ты снова выгораживаешь меня? Разве не хочется тебе поскорее распрощаться со мной и найти себе, как ты и мечтаешь, невесту без единого недостатка и с самой чистейшей репутацией?

Принц поплотнее затянул пояс на халате и, вернувшись к кровати, наклонился к самому уху Беллоны:

— Считай, что я ещё просто недостаточно тебя помучил. Спокойной ночи, дорогая супруга!

Молодой человек затушил со своей стороны ложа все свечи, но вместо того, чтобы лечь, скрылся за дверью и лишь тихий шорох удаляющихся шагов ещё какое-то время напоминал о нём. Оставшись одна при слабом освещении, девушка особо остро ощутила неприятный дискомфорт внизу живота; там как-то странно было горячо и ногам, как их не положи, было неудобно. Беллона схватила свою подушку и со всего размаха кинула её в дверь, хотя этого уже никто не мог видеть и слышать.

— Ненавижу тебя, Лукас Дьюс-Лоис, всеми фибрами души ненавижу! Ты мерзавец и настоящий подонок! – заявила принцесса полутёмной пустоте и пошла подбирать свою подушку, хотя в алькове их была ещё целая коллекция. – И император ещё пожелал мне счастья… разве я делаю что-то, что толкает Лукаса на такие поступки?

Доплетясь обратно, Беллона взбила постель так, как будто хотела её избить и уничтожить, столько злобы и ярости было вложено в каждый удар. Уткнувшись лицом вниз, наследница Гейтс ин Лива почувствовала себя маленькой обиженной девочкой, которую оставили совсем одну, и она не знает, куда ей деваться, она заблудилась и не помнит, в какую сторону идти. Хлюпая носом, Беллона пыталась хоть как-нибудь себя успокоить, но не одна радостная мысль не помогала, а вспоминая про Сержио она начинала лить слёзы ещё сильнее, поэтому и пытаться даже не следовало его светлым и добрым образом улучшить своё состояние. К тому же, перебивая и затыкая обратно все остальные картинки и размышления, настойчиво билась одна, затмевая собой всё мысленное пространство: "Я знаю, куда он ушёл – он ушёл к ней, этой Мэриан Сент-Нес, и это она сейчас наслаждается тем, что этой ночью должна была получить я!". Слёзы полились рекой, но Беллона заставила их остановиться, чтобы утром не выглядеть заплаканной и опухшей. Если уж Лукас не хочет выдавать всю правду об их неудавшемся браке, то и ей незачем вызывать подозрения.

Она слышала, как он вернулся, хотя притворилась, будто крепко уснула. Аккуратно опустившись на простыню, Лукас укрылся одеялом и хотел поправить его на ней, но побоялся, что Беллона это почувствует, и просто долго лежал и смотрел на её силуэт, мило очерченный ночным полумраком. Ей казалось, что она чувствует на себе его взгляд, но не поверила, что он стал бы любоваться ею, после развратных утех со своей любовницей. "Ты не представляешь, каким мукам я себя подвергаю, отказываясь от тебя, Белл, – думал принц, – я говорю, что наказываю тебя, хотя тебе не испытать и миллионной части тех мучений, которые охватывают меня целиком и полностью. Тебе даже не представить, в каком огне я горю, какой это ад – быть с тобой, и не обладать тобой. Я ведь безумно, до самозабвения люблю тебя, несмотря на всё, что знаю о тебе, или подозреваю, люблю порочную и грешную, и будь ты хоть самим дьяволом в женском обличье, я и тогда любил бы тебя. Но я не позволю себе опуститься и проиграть тебе, пока не удостоверюсь в том, что все сплетни о тебе – ложь, а если это окажется правдой, то я загоню тебя в то же пекло, в котором жарюсь сам, за то, что ты предала меня и обманывала, за то, что кто-то другой смел позволять себе то, что должно быть позволено только мне, что отныне будет только моим и ни чьим больше!".