Книга Амазонка бросает вызов, страница 414 – Юлия Чеснокова

— Это был Ви?

— Да, это был Ви. Мне не было и восемнадцати лет, я абсолютно ничего не знала о мире и жизни, о людях, об обмане, о лжи во спасение. Золотые искали доказательства тому, что я — это я, поэтому обыскивали мою комнату, но я не вовремя вернулась. Пришлось выкручиваться, и Ви, чтобы не сойти за вора, изобрёл вот такую ложь. — Засветившись изнутри, видимо, вспоминая те моменты, Элия улыбалась как-то по-особенному, сама себе.

— И долго он водил тебя за нос?

— Не очень, — зарумянившись, девушка призналась: — Но я успела и раздеться при нём и поделиться буквально всеми своими тайнами.

— Вот пройдоха! Я не подозревала в нём такого мошенничества.

— О! Это ещё что… золотые и не такие жулики иногда, — по-доброму предупредила она. Потом лик её помрачнел. — А потом мне встретился тот человек… Я после знакомства с ним разоблачила обман Ви, и сбежала с тем типом. Кроме обиды на обманщиков, я была очень сильно влюблена в того парня, и всё это вместе подвигло меня на побег. Крышу от любви снесло так, что я ничего не видела, только его, готова была идти за ним хоть на край света. Но… тяжело об этом говорить, и всё-таки…

— Если не хочешь — не надо.

— Нет, я больше никому не могу об этом рассказать, и Ви тоже. Сама понимаешь, обсуждать свои интимные отношения с кем-то со своим нынешним… ой, то есть, уже не парнем, — опомнилась Элия, — а мужем! Это как-то неправильно. — Губы Элии начали дрожать и глаза наполнились слезами. — Но мне хотелось хоть раз выговориться, очень хотелось. Тот парень, когда привёз меня Дракону… он… ну… мы переспали… И он сразу после этого сказал, что ничего ко мне не испытывает, делал всё по заказу. И он ушёл, бросил меня.

— Вот мразь, — прошипела я.

— Это уже дело прошлое. Я два года не могла забыть, не могла отпустить это. Несмотря на ту любовь, что я к нему питала, после того, чем это всё обернулось, воспоминание о той ночи вызывали во мне отвращение. Я не помнила ничего, кроме боли, слёз и унижения. Я очень боялась молодых людей вообще, физический контакт ассоциировался с чем-то мерзким и противным. С фальшью, с предательством.

— Понимаю.

— Я желала, чтобы и он испытал когда-нибудь что-то подобное, но я до сих пор не уверена, что мужчины способны быть униженными или раздавленными. Или такие мужчины, как тот… — Сменив направление мысли, Элия вернулась к Ви и сразу же расцвела: — Ви не такой, конечно же. Он чувствительный и его задеть ничего не стоит, хотя он этого не показывает. Но я всё равно очень переживала, как у нас получится…

— Тебе было неприятно? — несмело задала я вопрос.

— Нет! — заалев, Элия не могла уже удержаться от откровений. — Всё было прекрасно, я поняла, что избавилась от страха и того гадкого чувства, но… Но не успело всё произойти, и я опять одна! — Уткнувшись в коленки, Элия заплакала. — Я знаю, что Ви не такой, и он не бросил меня, а уехал по уважительным причинам, но, Чонён, на меня опять накатывает то чувство, что меня поимели и бросили. Это неправильно, да? Ум понимает, а сердце не может не страдать.

— Это объяснимо. Если в первый раз всё обернулось плохо, то это остаётся надолго. Тебе нужно дождаться возвращения Ви, и когда ты увидишь, что он-то к тебе вернулся, это должно пройти, я думаю.

— Будда, скорее бы дожить до этого момента, — вытирая щёки, хлюпнула носом Элия. — Так саднит в груди, прям очень. Может, мне с ним надо было поехать?