Книга Полтора метра счастья, страница 19 – Юлия Чеснокова

— Вот, но даже они с Дэном!..

— Хватит, уволь, не хочу слушать детали, – замахал руками Хим, не зная, чем ещё от меня защититься. Я такая, я могу загнать в угол. Впрочем, только моего любимого психопата. Да и никто, кроме меня, это сделать бы не смог.

— Давай просто попробуем немножко, и ты решишь, продолжать или нет? – подмигнула я ему.

— Шилла… - простонал он. Моя рука всё ещё ласкала его.

— Да? Да? Да? – как весенний скворец засуетилась я. Да, когда-то, работая проституткой, я ненавидела сосать, презирала это, становилась к подобному равнодушной, уставала от этого, доходила до механики, но никогда я ещё искренне, от всей души, не хотела встать на колени и засунуть себе в рот чей-то член. Химовский был первым, он мне нравился не меньше, чем его владелец, я любила его, как и всё, что относилось к Химчану.

— Я всё равно против, – отчеканил он и зажмурил глаза, как маленький мальчик в процедурном кабинете. Ура! Сдержавшись, чтобы не захлопать в ладоши, когда он отпустил мои запястья, я опустилась на колени, медленно, чтобы не спугнуть уговоренного возлюбленного. Нет, вы где-нибудь видели, чтобы девушки упрашивали парня сделать ему минет? Нонсенс.

Сев, я плавно погладила возбужденный член и, взяв его у основания, поднесла к нему свои губы. В самом деле, я не могла гарантировать, что Химчану понравится, если у него моральный барьер. Я не психиатр, чтобы бороться с подобным. Но физическое наслаждение попытаться доставить я могу. Открыв рот, я обхватила губами розовую влажную головку. Хим дернулся, вцепившись пальцами в умывальник. Лицо его напряглось, и нос поморщился, но глаз он не открыл. Я провела языком несколько кругов, после чего насадилась на член глубже. Хим простонал, не размыкая губ и зубов. Я заработала интенсивнее, двигая головой туда-сюда. Помогая себе руками, я поглядывала иногда, не разлипли ли веки Химчана, но он стойко не смотрел на творящееся безобразие. Не будь у меня занят рот, я бы посмеялась, что, кажется, я его насилую. Однако он издавал звуки далекие от недовольства и рвотных позывов. Я начинала ликовать внутри. Отдавшись своему занятию, я сама закрыла глаза, облизывая самый вкусный леденец, что мне приходилось пробовать в своей жизни. Мой язык жадно ловил каждый миллиметр чувствительной кожи и, щекоча её, наслаждался так, будто это я вот-вот должна была получить оргазм. Интересно, сможет ли кончить Хим таким образом, если, я чувствовала, всё ещё скован в душе и не желает раскрепоститься?

Выпустив его из себя, я поводила рукой и вновь вобрала в рот, решив, что достаточно уже вспомнила свои навыки и можно развернуться на всю катушку. Чуть приподнявшись на корточках, я ввела его во всю длину, до конца глотки, не уставая при этом водить по нему языком. Химчан, наконец-то, простонал вслух, растворив уста. Я подняла взгляд и увидела, что он, помутнено и немного отстраненно, смотрит на меня. Замедляясь, я почему-то съежилась под этим непонятным взором и плавно остановилась, вынув его член изо рта. Ему не понравилось? Противно?

— Что? – несмело проблеяла я, готовая признать свою ошибку.

— Вряд ли я теперь смогу спокойно с тобой кушать, – как будто запыхался от долгого бега, выговорил он. Пристыжено, я вжала голову в плечи, опустив руки и сев, как японка за обедом.