Книга Тигриный лог, страница 92 – Юлия Чеснокова

— Надеюсь, вы не о ней сегодня будете говорить? Я хотел бы узнать, как её достигнуть, — мастер улыбнулся шире.

— Я приберегу эту лекцию до того урока, когда соберутся все. А ты ступай, очищай дух. Иногда все болезни именно от его помутнения. Нет в мыслях ненужного — нет плохого самочувствия! — пожелав мне всяческих божественных благословений, мужчина плавно побрел к школьной зале. К чему это он про ненужное в мыслях? К тому, что у меня лишнее слюновыделение на Чимина и Джина? Кого тут вообще проверяют — их мною или меня ими?! Я же ничего такого не сделала… кроме как начала забываться, что я парень! Парень! И не имею права смотреть на остальных с влюбленностью. Но как же избавиться от этого? В самом деле, искушения и воображение — до параноидальности прилипчивые штуки, от которых не отряхнёшься просто так. Вот как заставить себя не думать о губах Чимина и его красивом плоском животе? Медитацией? Где тут знаток самоистезаний с целью стать святым? Я вспомнила, что сегодня суббота. Лео же ушёл совершать свои таинства "пути воина"! То, что меня так заинтересовало, то, после чего он пришел подранный. Что же он там делает? У меня впереди выкроилось больше двух часов свободы. Почему бы не воспользоваться шансом и не сходить посмотреть? Научусь у этого настоящего джедая очистке духа. Подтянув пояс, я направилась к калитке, ведущей в гору, откуда шел путь к источнику. Лео вроде бы уходил куда-то туда…

Мнимая больная покарабкалась по тропе, которая поначалу не напоминала Кошачью, приведшую меня в сам монастырь. Но только до развилки, где путь налево вел в сады, которые мы весело и успешно обобрали. Направо была не похожая на хоженую узкая полоска дорожки, чей вид вызывал в памяти глубоко вспаханную грядку, с той разницей, что шла она не горизонтально, а под углом в сорок пять градусов, а местами и резче. И вела куда-то к тому самому дремучему лесу, что я разглядела во время сбора урожая. Посередине между яблонями и тем древесным массивом разостлались аллеи хурмы, которую мастер Ли пообещал нас повести рвать в начале октября — она ещё не созрела. За ней, отгораживая от леса, был протянут плетень, назначение которого я не понимала. Кто ж придёт с той стороны воровать, если туда не проберешься никак иначе, если не через монастырь? Впрочем, всё тут было такое древнее и давно установленное, что я не могла гарантировать, что первые адепты не застали мамонтов, палеолит и деформацию земной коры, образовывавшей тогда хребет Каясан, и тогда, выходит, вершина ещё находилась где-нибудь на тысячу метров ниже. М-да, фантазия от бодрящего воздуха развивается отлично, а последние десять дней моей жизни очень способствуют физическому здоровью и душевному расстройству. Поскальзываясь на непросохших в тени кочках, смоченных недавнишним дождем, я упорно поднималась вверх. Чем выше я забиралась, тем иллюстрированнее приходило осознание, почему наша страна зовется страной Утренней свежести. Дело шло к полудню, но поэтичность и озерная прохлада ранней осени переливались под утонченно-желтым солнцем, не слепящим, а играющим на засыпающей в блекло-багряные цвета зелени. Красота и простота, сопутствуя друг другу, срастались воедино в нетронутых эскизах темной хвои и светлой по сравнению с ней листвы.