Книга Тигриный лог, страница 264 – Юлия Чеснокова

— Поднять тебя? — бескорыстно и просто предложил Лео. Я округлила очи. На спине что ли? Как тогда? Я не садистка. Хотя, не спорю, повторить тот раз мне бы хотелось. Непередаваемое чувство, когда тебя несет такой сильный мужчина.

— Нет-нет, я постараюсь сама, — я протянула ему руку, отвыкшая от того, как мы с ним вот так ходили, поэтому моя ладонь вспотела, когда он взялся за неё. Мне стало неловко от этого. Захотелось вырвать её и вытереть, а потом уже вернуть, но молодой человек не обращал внимания и вел меня вперед и вперед. — Ты опять будешь соваться в источник? — спросила я. Лео кивнул. — Не слишком ли холодно для этого? — он покачал головой. — Воздух не теплее десяти градусов!

— Я и зимой тоже… — замедлился, чтобы обернуться и уточнить Лео, и опять пошел в прежнем темпе. Я плелась сзади, держась за него.

— Какой же ты непробиваемый! — подивилась я в тысячный раз. — А зимы тут очень морозные? — если грязь затрудняет существование, то как быть с оледенением? И снегом всё заваливает, метет, вьюжит. Не знаю, чего в этом больше мне видится, красоты или невыносимости? Лео остановился, забравшись на выпирающий обломок земли, и развернулся, посмотрев над моей головой вдаль, обнимая взглядом просторы до горизонта. Вершины Каясан, оказавшиеся за его спиной, превратились в розовеющие лотосы с нераспустившимися бутонами. Утренний ветер потрепал его волосы. — О чем ты задумался? — неужели не может вспомнить, как тут бывает зимой?

— О том, что не увижу этот декабрь в Тигрином логе, — честно сказал Лео и я поняла, что видела в его взгляде. Он запечатлевал. Впитывал в себя каждый уголок родного края (который и родным-то ему не был), испещренный мелочами и деталями, несущими с собой воспоминания о счастливых и безмятежных годах возрождения и освобождения, спасения от ужасов реальной жизни. К которой надо возвращаться. У меня защемило сердце.

— Кстати, я тоже, — вспомнила я о том, что касалось и его. Он опустил взор на меня. Приподнял брови. — Да, я уйду с тобой пятнадцатого ноября. Не стану задерживаться.

— Ты этого хочешь? — серьёзно спросил Лео. — Или потому что так… потому что… потому что сказал я и Хенсок? — поджав губы, я задумалась над ответом. Да, это вы двое натолкнули меня на эту мысль. Но и что с этого? Никакие идеи не берутся с потолка, все появляются в результате каких-то рассуждений, ассоциаций. Итак, мне подкинули материал для обмозговывания, и я пришла к выводу, что надо уйти с Лео. Почему? Только потому, что так надо? Да, я пыталась найти тот вариант, который будет наиболее полезен для всех и менее эгоистичен. Менее эгоистичен? Это уйти-то с Лео? Разве не его я хотела бы выбрать даже вопреки всем условностям и условиям? Я смотрела снизу на его точеный подбородок, кошачьи глаза и женственно прекрасные губы, так близко, что убеждение в собственной незаинтересованности таяло. Я обмерла от его красоты и не думала, что соберись покинуть он монастырь внезапно, без предупреждений, не дав мне времени подумать, я бы растерялась и осталась. За таким можно уйти и по наитию, за зовом души. Это был тот парень, о котором можно лишь мечтать, такой идеальный, никак не выцарапываемый из мира фантазий, словно скребешь по экрану телевизора, на котором показывают выдуманного персонажа, сыгранного загримированным до безупречности актером. А его не существует. Но Лео есть. Он передо мной. Очнувшись от наваждения, я потрясла головой, уловив ненормальность. Он спросил "ты этого хочешь"?! Лео произнес слово "хочешь"? Он употребил запрещенный глагол? Это впервые, разве нет?