Книга Месть старухи, страница 92 – Константин Волошин

Но всё проходит. Прошли и эти одиннадцать дней.

Был праздник, и все достаточно молодые члены общины готовились отпраздновать его как можно веселей. Многие мужчины надеялась заполучить себе жену, и как Хуан уже или наметили её, или надеялись завоевать благосклонность одной из женщин. Все знали, что только с согласия обеих сторон может быть заключён союз двух любящих душ.

Довольно обширная площадка перед входами в пещеры заполнилась народом. Женщин было намного меньше мужчин, но все они были молоды и довольно привлекательны. А среди мужчин половина были стариками. Правда, Хуан уже слышал, что эти старички сохранили силы и часто пользовались услугами женщин, что тех нисколько не смущало.

Бездымно горели костры. Благовонные палочки источали ароматы. Гирлянды цветов развешаны на деревьях и шестах, а на верёвках светили в ночной темноте сотни маленьких фонариков, сделанных из бумаги, бамбука и других лёгких материалов. Они были раскрашены в разные цвета и выглядели очень нарядно и красочно.

Несколько музыкантов колотили в барабаны, дули в дудки и сопелки. Один молодой послушник уверенно и ловко выстукивал маленькими палочками по металлическим пластинкам, а другой бил по кувшинам, которые издавали звуки в зависимости от размеров.

Женщины пускались в плавные танцы, их движения были загадочными и грациозными. Мужчины не плясали, степенно сидели на брёвнах или медленно ходили, тихо разговаривали и потягивали из маленьких чашек не очень крепкий напиток вроде пива.

Хуан с нетерпением разглядывал женщин. Он хотел увидеть Найну и углядел её среди танцующих женщин. Она тоже его увидела. Улыбнулась очень приветливо, что удивило Хуана и в то же время взволновало и обрадовало.

На всех женщинах были большие гирлянды цветов на шеях, свисавшие до оголённого живота. Все они были в цветных сари очень светлых тонов. В волосах вплетены веточки и ленты тоже разных цветов. И Хуан ломал себе голову, гадая, что они означают для него.

Появился главный мудрец в белой хламиде, босиком, с голым черепом маленькой сухой головы. Морщинистое лицо ничего не выражало, но глаза светились сознанием и умом. Ему было намного больше ста лет. Он медленно, но с уверенностью шествовал к скамье, покрытой тигровой шкурой. Сзади спинка этой скамьи украшалась резной из красного дерева маской дракона с открытой пастью, раскрашенной яркими красками и лаками.

Всё стихло кругом. Старец уселся на скамью, оглядел сбор ожидающих людей. Потом поднял правую руку и громко заговорил, что никак не вязалось с его сухой маленькой фигуркой не более пяти футов.

Все слушали его, затаив дыхание и не шевелясь. А он говорил размеренным тонким голосом, и это продолжалось не менее четверти часа.

Когда он закончил, удар громоподобного гонга оповестил, что официальная церемония закончилась и можно приступать к веселью.

Старец удалился в сопровождении двух молоденьких девушек. Тут же появились дети, но их было не так много. Хуан обратил внимание, что это были дети не моложе десяти дет. Мальчики только в узких набедренных повязках, а девочки почти во взрослых сари упрощённого покроя и одинаковых по цвету.

Женщины разошлись в разные стороны. Хуан нашёл Найну. Она шла к нему с широкой улыбкой на лице. Подошла близко, наклонила голову, сняла гирлянду с шеи и медленно надела на его шею. Ладони её легли на голову Хуану, а голос сзади, в котором Хуан узнал Зенона, проговорил тихо: