Книга Ост-Индский вояж, страница 87 – Константин Волошин

— Чтоб я о вас ничего не слышал, бродяги! — кричал капитан и посмотрел на Рыжего Билла весьма красноречиво. — Гляди за ними, Билл!

Тот кровожадно усмехнулся, оскалив желтоватые зубы.

— Не стоит раздражать начальство, — предупредил Сафрон. — Работаем на совесть, и не огрызаться. Так самим лучше будет. Если сильно прижмут, можно и откупиться малыми монетками.

— Понятно, Сафрон, — буркнул Гераська. — Лишь бы до настоящих денег не добрались.

— Со временем мы их сами достанем и спрячем на себе, — сказал Сафрон. — А пока будем тише воды и ниже травы.

Судно в море встретилось с другим таким же, и они вместе взяли курс на полдень. Стоял июнь месяц, ветер постоянно задувал с носа, с дождями и шквалами. Потому суда двигались длинными галсами, и работы матросам всегда было очень много.

Лишь через неделю казаки понемногу привыкли к ритму судовой жизни, а тела их перестали болеть от беспрерывных работ со снастями и беготней по палубе и реям, исполняя команды капитана и помощников.

— И это так будем мучиться полгода!? — с возмущением и злобой восклицал Данил, с трудом разминая кисти рук, огрубевших и заскорузлых.

— Ты что, баба? — смеялся с него Гераська. — Зато есть надежда, что домой вернёмся с деньгами. А это тоже что-то, да значит. Можно хорошо устроиться. Семью завести, дом свой заиметь и весь достаток.

Данил скептически ухмылялся, посмеивался над мужиком, но в спор вступать было лень, и он отмалчивался, наслаждаясь короткими минутами отдыха.

Суда слегка двигались к Африканскому материку, но от берегов Индии не удалялись слишком далеко. Дожди и шквалы всем смертельно надоели, и даже у пассажиров отпала охота прогуливаться по палубе. А их было на судне человек пятнадцать. Среди них — половина женщины разного возраста, возвращающиеся домой в Англию после нескольких лет службы мужей.

На подходе к Аминдивским островам среди затуманенного океана показались паруса нескольких небольших судов, идущих на север, используя благоприятный ветер и течение.

Вскоре стало известно, что это небольшая эскадра арабо-индийских пиратов, их намеренья оказались самыми откровенными.

— Вот, Гераська, мы и повстречались с настоящими пиратами, — бросил Сафрон, пристально всматриваясь в приближавшие горабы[2] арабских пиратов. — Смотрите, их не менее восьми судов!

— Гляди зорче, Сафрон! — Гераська указывал на море, где из дождливого тумана показался девятый корабль. — Они стараются отсечь наши суда друг от друга! Схватки не миновать! Слышь, капитан уже отдал команду приготовиться к пальбе. Поспешим и мы, а то получим раньше времени по шеям!

Судно резко сменило курс, приближаясь к Индийскому берегу, до которого было ещё несколько сот миль. Второе судно оказалось далеко к западу и его уже отсекли три судёнышка, стремительно приближаясь к нему.

Не прошла и получаса, как с моря донеслись далёкие раскаты пушечных выстрелов, и все взоры устремились на запад, где началось сражение.

— Зря наши открыли стрельбу так рано, — говорил Данил, сжимая мушкет. — В такое волнение трудно попасть в такие маленькие суда. Глядите, как я и говорил. Все пираты целы и продолжают охват.

— Смотри лучше, что с нашим судном! — крикнул Сафрон. — Следи за мушкетом. Порох замочить легко в такой дождь! Прикрой!

— Если порох отсыреет, то нам несдобровать, казаки, — заметил Данил. — У пиратов куда больше народа, и все они отчаянные рубаки, как мне кажется.