Книга Великолепная Софи, страница 138 – Джорджетт Хейер

— Подобные слова совсем не делают вам чести! Не понимаю, почему вы должны быть настолько несправедливы по отношению к Хьюберту или почему вы должны так настойчиво желать, чтобы я плохо думал о нем. Я действительно плохо думал о нем, и оказался не прав! Это моя вина. Я обращался с ним, как если бы Хьюберт по-прежнему оставался ребенком, а я будто его наставник. Мне следовало бы советоваться с ним. Ничего подобного не случилось бы, если бы мы с ним стали друзьями. Хьюберт сказал мне: «Если бы мы лучше знали друг друга…» Вы можете представить, какие чувства охватили меня после этих слов, услышанных от моего брата! – Он усмехнулся. – Вот уж действительно борец за равные права. Сам Джексон не мог бы нокаутировать лучше!

— Боюсь, – произнесла мисс Уорэкстон в своей сладчайшей манере, – если вы хотите пользоваться боксерскими словечками, я никогда не смогу надеяться понять вас, Чарльз. Не сомневаюсь, кузина ваша, с ее превосходной эрудицией, оценила бы такой жаргон.

— Вот уж совсем не удивлюсь этому! – рассердился мистер Ривенхолл.

Тут уж все ее воспитание не смогло остановить Юджинию.

— Вы, похоже, лелеете особенные чувства к мисс Стэнтон-Лэйси!

— Я?! – ошеломленно воскликнул он. – К Софи? Бог ты мой! Я думал, мои чувства к ней всем достаточно ясны. Я бы от души хотел избавиться от нее, но полагаю, мне не следует быть столь предвзятым, чтобы закрывать глаза на ее хорошие качества.

Эта реакция жениха успокоила девушку.

— Нет, конечно же, и я хотела бы не проявлять предвзятости. Какая жалость, что она отвергает ухаживания лорда Бромфорда. Он превосходный человек, понимающий, разумный, такой рассудительный и трезвомыслящий. Таким, как я понимаю, и должен быть мужчина, способный оказать благотворное влияние на любую женщину. – Юджиния увидела, что Чарльз смотрит на нее с удивлением, и добавила: – Я считала вас склонным поощрять его ухаживания?

— Мне совершенно все равно, за кого пойдет Софи! – заметил он. – И хватит о нем! Хотя она никогда не выберет Бромфорда.

— Боюсь, леди Бромфорд думает совсем как вы, – продолжала мисс Уорэкстон. – Они с мамой знакомы, вы ведь знаете, и мы с ней немного побеседовали на эту тему. Превосходная женщина! Она рассказала мне о хрупком здоровье лорда Бромфорда и поведала свои опасения за него. Я не могла не посочувствовать ей. Нельзя не соглашаться с нею, что ваша кузина никогда не станет хорошей женой для Генри Бромфорда.

— Она стала бы ему худшей женой на свете! – проговорил Чарльз сквозь смех. – Бог знает, почему этому человеку суждено было вбить себе в голову, что он влюблен в Софи. Вы можете вообразить, как Сесилия и Хьюберт издеваются над ней по этому поводу. А какие рассказы они составляют из его приключений в Вест-Индии, даже мама не может удержаться от смеха! Вот уж, право, несуразный чудак этот лорд Бромфорд.

— Не могу согласиться с вами. Но даже если бы могла, не готова слушать без боли, как чувства мужчины превращают в объект для насмешек.

Этот выговор возымел определенный эффект. Мистер Ривенхолл вспомнил о встрече где-то по соседству, которая требовала его немедленного отъезда. Никогда прежде не чувствовал он себя так неловко в обществе своей невесты.

И напротив, никогда прежде не проявлял мистер Ривенхолл столько благосклонного внимания к своей кузине, и это счастливое положение дел продолжалось почти целую неделю. Расположение мистера Ривенхолла побудило его пойти навстречу высказанному кузиной желанию увидеть игру знаменитого Кембла. Не делая никакой тайны из того факта, что он находил аффектации великого актера невыносимыми, а его необычное и неправильное произношение разрушающим самые блестящие актерские удачи, он взял ложу в Ковент-Гарден и с мистером Уичболдом сопровождал туда Софи и Сесилию. Софи немного разочаровал актер, о котором она слышала столько хвалебных отзывов, но вечер прошел очень мило и приятно и закончился в ресторане фешенебельной гостиницы «Звезда» на Генриетта-стрит. Там мистер Ривенхолл, подтверждая свое умение быть радушным хозяином, заказал отдельный зал и очень изысканный ужин. Он пребывал в столь добродушном расположении, что даже воздерживался от пренебрежительных замечаний в отношении игры Кембла. Мистер Уичболд был разговорчив и любезен, Сесилия выглядела великолепно, а Софи достаточно оживленно поддерживала беседу, веселую и непринужденную. Когда поздно вечером Сесилия пожелала брату доброй ночи, она заметила, что уже долгие месяцы так хорошо не проводила времени.