Онлайн книга «Мое чужое имя»
|
— Ты хотя бы говорила с Фединым, где искать наши трупы, если что? Таня резко повернулась ко мне и я, хоть и не отрывал взгляда от дороги, готов был поклясться, что мои слова ее испугали. — Да я шучу, Тань, шучу! — пояснил я. Она расслабилась. — Ничего смешного. И Максиму я не говорила, что сюда поеду — он бы запретил. Вообще хорошо! — подумал я. — Юрка, если узнает, что я потакаю прихотям его подозреваемой нудить долго будет. — Давай так, — предложила вдруг Таня, — я тебе буду рассказывать, что я придумала, а ты мне возражай. Договорились? — Ну, давай… — Итак. Мы точно знаем, что Нуйков был на месте убийства Каравчука — убийца он, или свидетель — пока не ясно, но на месте был наверняка! Вот представь себя на месте Нуйкова… — Где — на полке в морге? — Нет, когда он ушел с места убийства Каравчука. Он возвращается в Старогорск и останавливается у знакомых, у друга, например. — А может, у подруги? — Или у подруги. Там, основательно напивается — отсюда алкоголь в крови. Потом этот же друг, или подруга отвозит его, на его же «Тойоте» в лесок у поселка Спасский и там убивает. Только тогда это был именно друг: если Нуйков позволил себя привести в этот лесок, значит, он был уже основательно пьян, тащить его пришлось практически на себе — женщина этого физически сделать не смогла бы… — А почему оба убийства возле Спасского? Что в Подмосковье мало мест, где можно грохнуть человека? — Согласна, — сосредоточенно кивнула Таня, — тогда большая вероятность, что тот же друг или пусть даже подруга живут в нашем Спасском… Или даже в Спасском живет Софья Патрова, чей городской адрес записан у Нуйкова. А что если в Спасском Нуйков и искал Патрову? Я покосился на Таню — изумрудные глаза горели. Моих «возражений» ей уже не требовалось, мне показалось, что она вообще забыла, где находится и с кем: — А что? Этот Спасский, судя по всему, что — то вроде местного элитного дачного поселка. А должна же быть у Патровой дача? — Конечно, должна! — Я понятия не имел, кто такая Патрова, да и знать не очень хотел, но разговор меня забавлял. — Или нет, — спорила сама с собой Таня, — Спасский это не уровень Патровой… Такие, как она, держат дачи совсем в других местах. Хотя… Я так и не понял, какое из альтер-эго Тани выиграло спор. А поселок и правда был элитным — не Рублевка, конечно, но место очень милое. Я бы даже не отказался завести здесь дачку и обосноваться после выхода на пенсию. Навороченных коттеджей было немного, в основном просто добротные сосновые срубы с прилегающими огородами, и даже те самые бабы Нюси и деды Кузмичи показались, как только я припарковал «Бэху» у цветочной клумбы, красующейся посреди единственной улицы. Приезд наш точно не остался незамеченным — видно не так много гостей появляется в Спасском. Теперь и я был уверен, что если Нуйков сюда заезжал, не заметить его не могли. Таня смело, по-хозяйски осмотрелась и направилась к женщине, неспешно отпирающей замок на воротах и успевающей нас оглядывать. Поравнявшись с ней, Таня легко поздоровалась и о чем — то заговорила. Лицо ее при этом излучало такое благодушие, будто более приятной собеседницы у Тани в жизни не было. — Из города? — расслышал я вопрос поселянки и решился подойти ближе. — Из Москвы, — не краснея, соврала Таня, — не подскажите, господина Севухина где можно найти? |