Книга Мое чужое имя, страница 105 – Анастасия Логинова

Насторожило еще и то, что Зорина нигде поблизости не было. Дверь подъезда была с домофоном и кодовым замком, так что Артем, набрав Катин номер и не получив ответа, должен был догадаться, что дома ее нет и заходить в подъезд не стоит. Однако, по всей видимости, он туда зашел. Интересно зачем?

Доверившись интуиции, Катерина моментально нырнула в салон еще не уехавшего такси и стала ждать. А через полминуты из ее подъезда вышел сам Артем Зорин — да не один, а с двумя парнями, которые вполне могли бы быть — теоретически — Катиными клиентами. Вся троица была с чрезвычайно озабоченными и почерневшими лицами. Не переговариваясь, они расселись по машинам — двое парней забрались джип-«Лкусус», припаркованный неподалеку, Артем занял свой автомобиль — и разъехались.

А Катя все сидела в такси с водителем, который уже начинал нервничать — оплатят ли ему простой.

Убедив себя, что все нормально, что она зря паникует, Катерина решила, что сейчас поднимется к себе, убедится, что все в порядке и поедет в офис к этой Татьяне. Таксиста она умолила подождать ее десять минут, но еще какое — то время бродила около подъезда, не решаясь зайти. Подниматься в квартиру очень не хотелось, спать тоже уже не хотелось. Подумав, Катерина начала набирать номер Шороховой — может, повезет, и свидетельница согласится встретиться прямо сейчас? Но Татьяна не отвечала. Все еще не сбрасывая звонок, Катя зашла в подъезд и начала подниматься на этаж. Дверь закрыта, как обычно, а в подъезде тишина. Лишь за одной из дверей надрывается звонок сотового телефона…

«Да это ведь у меня в квартире телефон звонит…» — подумала Катя и невольно глянула на дисплей своего сотового, который все еще «ожидал» когда трубку снимет Шорохова.

Катя отключила набор — и звук за дверью мгновенно стих.

Ахнув, она отскочила от двери и непослушными пальцами стала набирать номер Шороховой заново. Услышав, как за запертой дверью радостно заверещала мелодия, она уже уверенно отошла дальше и, не пользуясь лифтом, спустилась вниз. Потом Катя долго сидела в такси и думала, куда лучше звонить — в полицию или Сереже? Сереже или в полицию? Или еще не поздно в скорую?

Позвонила Сереже, а потом, наконец, уехала от страшного дома. Катя уже не сомневалась, что Таня в ее квартире, и что она в ее квартире мертвая.

После убийства Катиного отца всем было ясно, что Шорохова — его личный секретарь — что-то знает. Но молчит. Катерина всегда недолюбливала эту девчонку. Сама не могла объяснить, за что: девушка воспитывалась без родителей, из очень простой семьи, но не побоялась приехать в Москву и добиться сумела многого, отец не уставал ее нахваливать. Сама себя сделала, как говорят американцы. Всегда вежлива, обходительна, точна. Таня была из породы типичных секретарш — не секретарей, а именно секретарш — которые встречают клиента с белозубой улыбкой, вслух восторгаются его туфлями и парфюмом, млеют от счастья, если запомнили их имя — а, захлопывая за ними дверь, рассказывают по телефону подружкам, какой клиент идиот и козел. Разумеется, секретарши не виноваты — у них в трудовом договоре написано, что улыбаться они обязаны. Но симпатичнее от этого Таня Катерине не становилась.

Нежелание Шороховой отдать бумаги, из-за которых убили отца, мнение Кати только лишний раз подтвердило.