Книга Яд Версаля, страница 42 – Эрика Грин, Silver Wolf

— Эжен, так что ты решил? — спросила я брата, находившегося в глубокой задумчивости.

Он словно очнулся от размышлений или воспоминаний:

— Так и быть, Арлетт, возьмусь за это дело! Старик переживает, что после его смерти алчная родня растащит его наследство по клочкам и ничего не оставит молодой вдове. Но если у нее будет ребенок, наследник графа, то она сможет претендовать на большую часть его богатства. Потребую у старика выдать мне всю сумму сразу, все равно у него нет другого выхода! И тогда сделаю ребенка этой молоденькой графине…

Приняв решение о сделке с графом де Сен-Дени, Эжен несколько успокоился и уже было собрался лечь, чтобы выспаться перед завтрашней встречей. Он подошел к раскрытому окну, подставив лицо и обнаженную грудь прохладному ветерку, доносившему из вечернего сада звуки разговоров флиртующих пар, игривый смех и пьянящие ароматы цветов апельсина, гиацинта и жасмина.

Тонкие ноздри виконта хищно ловили запахи. «Да, жасмин…», — узнал он. — «Так пахло в гостиной, где на кушетке сидела та графинечка с глазами испуганной лани. Видимо, подслушала наш разговор с ее супругом, а потом прямо босиком бросилась бежать с «места преступления», пока мы ее не застукали.»

Эжен улыбнулся и облизнул ставшие сухими губы. Он вспоминал, как графиня, совсем девчонка, сидела, неловко подвернув ножку под себя, а другую, голую, стройную, не успела прикрыть халатиком и упиралась ее розовыми пальчиками о пол. Как потом она поспешно запахнула отворот халата, слегка покраснев, но Эжен успел рассмотреть персиковую кожу ее спелой груди, едва не выскользнувшей из одеяния.

«Черт возьми! — Эжен почувствовал, как набухает головка его члена, и томление в паху становится тяжелым. — «Вот угораздило меня вспомнить на ночь глядя прелести этой малышки Этель! Хотел ведь выспаться, а сна теперь ни в одном глазу!»

Образ соблазнительной и при этом неискушенной красотки не выходил у него из головы. Давление в паху становилось нестерпимым. Он подумал было о том, чтобы пойти к любой из своих воздыхательниц, всегда готовых помочь ему сбросить напряжение. Но почему-то не хотелось никуда идти.

Эжен обхватил свой ставший тугим член и стал ласкать себя рукой. Разрядка была столь сильной, что он закусил губы, чтобы не вскрикнуть. «Обещал же Арлетт, что никого не буду к себе водить, — промелькнуло в его затуманенном похотью мозгу, — как бы она не подумала, что я не держу слово».

Облегчение Эжен почувствовал, но спать по-прежнему не хотелось. Он решил выйти из своих покоев и сходить в один из салонов, чтобы сыграть партию в карты.

Гости лениво переговаривались и потягивали вино цвета крови, мерцавшее в огне свечей канделябров, стоящих на столах. Откуда-то из недр бесконечных залов дворца доносились тихие звуки менуэта.

За одним из столов сидела молодая фигуристая брюнетка, со скучающим видом раскладывая пасьянс. Эжен раньше ее не встречал здесь. Он развалился на соседнем стуле и завязал разговор: «Если гадаете на замужество, то пасьянс не поможет, мадемуазель». Женщина подняла на него темные, как маслины, глаза и на мгновение застыла с тузом пик в руке. Затем подрагивающими пальцами положила карту на место.

— Я гадаю не на замужество, потому что я уже замужем, — слегка наклонив голову улыбнулась незнакомка, обнажив красивые зубы. Эжен внимательно изучал ее. Она не была красавицей в полном смысле этого слова, но явно обладала какой-то изюминкой. Во всяком случае, не начала сходу флиртовать с ним, и уже это заинтересовало виконта.