Книга Отважная бродяжка, страница 20 – Анна Грейси

Кейт прожарила зерна на огне и потолкла их в ступке, с наслаждением вдыхая аромат. Потом залила их водой и поставила вариться. Растопив на сковороде немного жира, она вбила туда яйца и добавила два толстых ломтя бекона.

Кейт решила, что пол все-таки надо почистить, и займется она им после завтрака. Она отправилась в буфетную за большим бидоном для нагрева воды, но самый огромный, который ей удалось отыскать, был зажат под полкой. Кейт и тянула его, и дергала, и кляла про себя, как вдруг учуяла божественный аромат бекона, яиц и кофе. О, нет! Ее завтрак сгорит! Она влетела на кухню и остановилась как вкопанная.

За столом сидел внук леди Кейхилл, его спина и широкие плечи были вполоборота повернуты к ней. Он поглощал ее завтрак с очевидным удовольствием.

— Да что вы такое вытворяете, а? — задохнулась от ярости Кейт.

Есть он не прекратил.

— Мне еще пару яиц и четыре ломтика бекона. И этого отменного кофе, если будешь настолько любезна.

Он поднял пустую чашку, даже не потрудившись обернуться.

Кейт взирала на него с растущим негодованием.

— Еще кофе, эй, разве не слышишь?

Он нетерпеливо прищелкнул пальцами, но так и не посмотрел на нее.

Очевидно, высокомерие — очередная фамильная черта!

— Его хватит только на одну чашку, — произнесла Кейт.

— Больше и не надо. — Он закончил расправляться с беконом.

— О, неужели? — съехидничала Кейт, строя гримасы за его непроницаемой спиной.

Она целое утро слюнки глотает, предвкушая яичницу с беконом и кофе, а он заявляется и все сжирает без спросу!

— Кофе хватит только на меня, — отрезала она. — Вам придется подождать. Я сварю новый за пару минут.

Он развернулся к ней лицом:

— Что, черт возьми, значит — хватит только на тебя?

Джек был оскорблен. На его памяти не было случая, чтобы кухонная прислуга вообще открывала рот, а уж чтобы так откровенно дерзила в ответ… Но кто же еще мог готовить и убирать в столь ранний час?

Девушка смотрела на него вызывающе: руки в боки, щеки горят, мягкие розовые губки сжаты в упрямую линию. Одна рука собственнически потянулась за кофейником, а маленький подбородок драчливо вздернулся. Сейчас она совсем не походила на ту бледную изнуренную особу, которую он видел при свечах прошлой ночью.

Несмотря на раздражение, рот Джека весело подрагивал — по ее щеке к виску тянулся широкий мазок сажи. Она взирала на него словно маленькая неряшливая герцогиня. Оказалось, глаза у нее не серые, а как бы зеленовато-серые, весьма необычные. Взглянув в которые, он на мгновение лишился дыхания, а потом осознал, что и его лицо изучают не менее пристально. Он весь напрягся и наполовину отвернулся от девушки, обращая изуродованную часть лица к стене, бессознательно готовясь к ее реакции.

Она вылила остатки кофе в свою чашку и стала потягивать его с явным наслаждением.

Джек изумился. Он не привык, чтобы его игнорировали, — тем более неряшливая маленькая служанка с грязным лицом. Причем в его собственной кухне! Он открыл было рот, чтобы устроить ей оглушительный разнос, но она снова посмотрела ему прямо в глаза, и его что-то остановило.

— Думаю, я его заработала, не так ли?

Она показала на сверкающую кухню.

Он опять нахмурился. А что еще делать кухонной прислуге, как не мыть и не драить кухни? Девчонка ожидает благодарности? Понимает ли она, к кому обращается? Он снова открыл рот, чтобы просветить ее, и замялся в нерешительности — что-то новенькое для майора Карстерза из Колдстримской гвардии^[9], пусть и бывшего майора.