Книга Грёзы ангела, страница 73 – Татьяна Ренсинк

Фредерик остановился перед ней и замолчал. В глазах дрожали слёзы, но сказать что – он пока не осмеливался.

— Что случилось? – прижала сирень к груди Вера, а предчувствие неприятного подступало.

— Верочка,... родная,... любимая, – шептал Фредерик. – Я... Мне не найти слов, но... Грегор вернулся.

Вера замолчала. Она тут же прослезилась, глядя в глаза любимого... Будто всё поняла... Просто отошла к скамье и села, уставившись вдаль. Фредерик сел рядом, взял за руку и рассказал всё, что узнал: всю беседу с братом, весь его рассказ...

Сдержанно приняв тяжёлую новость, о которой сердце уже давно подсказывало, Вера поднялась, оставив букет сирени лежать вместо себя... Лежать... Одну,... как потекла по щеке и одна слеза...

Вера отошла подальше в сад и остановилась, обняв плечи и пытаясь терпеть ту боль, что била изнутри.

— Верочка, – обнял её позади любимый и принял в свои объятия.

Не выдержав больше, Вера зарыдала и нескоро смогла успокоиться. Беспокоившиеся слуги смотрели из окон дома, обсуждали полученное известие и вместе с Верой плакали.

Елизавета тихонько принесла попить воды и так же тихо удалилась, вновь оставив Фредерика с возлюбленной...

— Я чувствовала, – стала немного успокаиваться она и приняла воды. – И всё равно... больно... Его так давно нет, а я думала, жив, здоров да, может, счастлив.

— Грегор предлагал мне так и сказать, – признался не менее переживающий Фредерик, но сдерживающий себя, чтобы хоть как-то поддержать любимую и не допустить больших страданий.

— Нет, – взглянула она с нежной улыбкой через слёзы. – Не лги никогда. Не скрывай правды, умоляю... Никакой.

— Если она тебя будет убивать, приносить боль, даже не знаю... Может, лучше и солгать? – растерялся он.

— Никогда, – отрицала Вера. – Это жизнь. Так должно быть. Просто всё равно больно терять родных... Пусть он и был далеко от меня, весточки не слал и давно ушёл из мира... Я должна знать истину.

— Любимая, – сглотнул он, погладив её по щеке, чтобы высушить остановившиеся слёзы. – Давай скорее обвенчаемся?

Вера молчала. Она смотрела в глаза дорогого человека, в которых любовь сияла вечными звёздами, словно желая осыпать ими её всю. Смотрела и понимала, что этого хочется ей теперь больше всего на свете: быть вместе и никогда не разлучаться... Жизнь коротка,... коротка!

— До сих пор желаешь сделать супругой именно меня? – опустила она взгляд, всё же смущаясь милого.

— Желаю? – улыбнулся он. – Я простой смертный... Хочу большего... Не только дарить поцелуи в губы.

От трепетной речи возлюбленного Вера почувствовала, как по телу пробежала приятная дрожь, похожая на жажду. Словно цветок, желающий, наконец-то, пить. Тело будто умоляло скорее оказаться в пылких объятиях милого. И он обнял так, что Вера вновь заплакала, но то были уже слёзы счастья. Того счастья, когда родной, любимый человек здесь, рядом, и он поддерживает, любит...

Оба ещё долго не выпускали друг друга из объятий, знали: так будет всегда, до самого конца жизни.

— Я давно хочу показать тебе ботанический сад нашего Хаaрлема, – прошептал Фредерик.

— Да, Елизавета мне как-то сказала, что Хаарлем – город цветов, – задумчиво молвила Вера. – Как бы я хотела привести папеньке отсюда цветы...

— Мы обязательно поедем туда, – пообещал любимый и, подняв её личико за подбородок, вернул взгляд к себе. – Обязательно! Только боюсь, цветы не довезём, увянут, а вот посадить их для него там сможем. Мы поедем в тот сад, выберешь какие хочешь.