Книга По праву крови, страница 89 – Кирилл Малышев

Олег взглянул на людей, сидящих по левую руку от Угулдая. И тот, кого он увидел там, заставил княжича снова внутренне сжаться. Помимо других гостей и советников хана, рядом с предводителем ханатов, наклонившись и шепча что-то ему на ухо, сидел дядя Олега.

Каменецкий князь.

Роговолд Изяславович.

Он что-то быстро сообщил Угулдаю, незаметным движением указав на приближающегося племянника.

Владыка Степи, скучавший до этого момента, вдруг криво усмехнулся и подался вперёд, упёршись широкими ладонями в колени.

Олег, ведо́мый Тулускаем, остановился у основания помоста.

Посол, низко поклонившись своему владыке, громко произнёс:

— Ченрет иш рюч, хан Угулдай, рустачар тенгри им греш!

Будто по мановению руки, в зале повисла тишина.

Музыканты смолкли.

Гомон пьяных голосов исчез.

Княжич оглянулся.

Тысячи глаз были обращены на него. Гости изучали пришельца с интересом, будто ожидая чего-то. Казалось, здесь уже давно не происходило ничего стоящего, и теперь все присутствующие предвкушали развлечение.

Угулдай молча осмотрел мужчину снизу-вверх тяжёлым взглядом.

— Иш барык Олег релат чурлын иш! – продолжил Тулускай и, не разгибаясь, обратился к княжичу:

— Поклонись Великому хану.

Олег, собрав правой рукой полы плаща, в полной тишине склонился перед степным владыкой. Но не слишком низко, сохраняя достоинство.

Роговолд снова, прикрыв губы ладонью, что-то прошептал на ухо хану. Угулдай скривил массивные губы в усмешке.

— Иш бурум барык Юрий зич Радон? – клокочущим, похожим на ворчание крупного медведя голосом, наконец пророкотал он, медленно поднимая руку и указывая пальцем на замершего у основания помоста гостя.

Олег молчал, не понимая смысла сказанного.

«Что он говорит? Нужно что-то ответить…» – лихорадочно пронеслось в его голове.

Княжич с надеждой посмотрел на Тулуская. Тот, уловив направленный на него взгляд, склонил голову и перевёл:

— Великий хан спрашивает: ты ли сын его слуги, Юрия из Радонии?

«Слуги? Юрия из Радонии?»

Мужчина сжал зубы, возвращая самообладание.

Гордо подняв подбородок, он твёрдо ответил, обращаясь к хану:

— Я сын Юрия Изяславовича, государя Радонского княжества!

Тулускай с улыбкой перевёл ответ в полной тишине.

Угулдай, поджав губы, что-то спросил у Роговолда. Каменецкий князь кивнул, соглашаясь, продолжая внимательно разглядывать племянника немигающим взором.

— Шер рулдар, Олег, бурум Юрий? – прищурившись, пророкотал хан.

Княжич вновь посмотрел на Тулуская.

— Великий хан спрашивает: «Чего ты хочешь, Олег, сын Юрия?»

Гость выпрямился и заговорил громко, стараясь сохранять уверенность в голосе:

— Мой отец, радонский князь, при смерти. – Он выдержал паузу, сдерживая внутреннее напряжение. – Я, как его старший сын и наследник, прибыл к тебе, Великий хан, просить дозволения на княжение, согласно договору. В знак почтения привёз богатые дары: сукно, железо, серебро, лошадей.

Тулускай, снова низко поклонившись, принялся переводить.

Угулдай слушал.

А затем громко рассмеялся.

Его раскатистый, похожий на гром, смех сотряс стены юрты. Птицы, гнездящиеся у её сводов, испуганно вспорхнули с насиженных мест.

Гости за столами, заметив веселье повелителя, тут же принялись вторить ему. Кто-то мерзко взвизгнул, кто-то хлопнул по столу ладонью, кто-то даже опрокинул кубок с вином.