Книга По праву крови, страница 57 – Кирилл Малышев

— Да, дедусь, всем угодили! Ты вот что, пошли-ка Ивасика за Весемиром. Он вчера его на ночлег провожал, ведомо ему, где воеводу искать. Пусть передаст, что к полудню выдвигаемся, пусть со сборами не тянет. А ещё отправь человека на восточный берег. Десяток дружины я там оставил. Тимофей обещал дать две дюжины из стражи, но и свои не помешают. Пусть подготовят припасы и лошадей.

— Выдвигаетесь? – удивился тиун. – Только ночью ведь прибыл!

— Дело важное, дедусь. Даст Зарог – к сеченю вернусь, и уже насовсем. Распорядись, пусть люди собираются в путь.

— Добре-добре, – расстроенно кивнул старик. – С матерью-то хоть повидаешься? В покоях она, и Дмитрий там же. Не выходят почти наружу. Нынче даже еду им туда приносим.

— Повидаюсь, дедусь, – положив руку на плечо старику, произнёс княжич. – Прямо сейчас и пойду.

— Ступай.

Олег сам не заметил, как преодолел лестницу и, пройдя коридор, оказался перед покоями княгини. Переведя дыхание, несколько раз громко постучал в деревянную, украшенную бирюзовой росписью дверь.

— Тимофей Игоревич? – раздался из-за двери приятный, глубокий женский голос. – Ты ли это?

Олег замер. Он так давно не слышал матери, что происходящее казалось нереальным.

— Нет, это не Тимофей Игоревич, – ответил он сквозь дверь.

Ему было интересно – узнает ли его Рогнеда после трёх лет разлуки.

— А кто? – прозвучал уже чуть более раздражённый ответ. – Еды нам носить не нужно, позже, после службы!

Не узнала. Что ж, скрываться дальше не было смысла. Княжич надавил на дверь, и она, к его удивлению, оказалась не заперта.

Из комнаты послышался крик:

— Я кому сказала? Куда ты идёшь?! Мы молимся.

Наклонившись, мужчина просунул голову в проём и, улыбнувшись, произнёс:

— Матушка, это я, Олег.

Рогнеда, красивая зрелая женщина, сидела на голом деревянном полу. Она была не одета – её стройное, женственное тело прикрывала лишь длинная ночная рубашка. На густых волосах, некогда иссиня-чёрных, виднелись серебристые нити. Они были заплетены в тугую, тяжёлую косу, перекинутую через плечо.

Рядом с ней, так же на коленях и в ночной рубашке, перед небольшой фигуркой Зарога сидел младший брат Олега – княжич Дмитрий.

— Кто? – прищурилась мать.

— Твой сын, – повторил мужчина, войдя. – Олег.

Дмитрий молча обернулся и, не говоря ни слова, посмотрел на нежданного гостя.

Рогнеда медленно поднялась, прищурившись, шагнула вперёд, босыми ногами бесшумно ступая по дощатому полу.

Олег замер. Мать, приподняв голову, вглядывалась в его лицо. Веки её дрожали, губы едва заметно шевелились. Она периодически хмурилась, будто пытаясь вспомнить что-то. Наконец, уголки её рта изогнулись.

— Олег? – будто не слышав его до этого, прошептала она.

— Да, мама, – немного растерявшись, ответил сын. – Это я.

— Олег… – повторила она и одновременно двумя руками коснулась его лица. – Сынок…

Княжич сгреб точёную фигуру женщины в охапку и крепко сжал в объятиях. Рогнеда закрыла глаза. По её щеке скатилась одинокая слеза.

— Откуда ты здесь? – негромко спросила она.

— Вчера прибыл, поздно ночью.

Олег выпустил мать из объятий и сделал несколько шагов к Дмитрию.

— Здравствуй, братец! – раскинув руки, поприветствовал он. – Ну и возмужал же ты!

Младший княжич не пошевелился. Он продолжал неподвижно сидеть на полу, не сводя с мужчины пристального взгляда.