Книга Ведьма не для змея, страница 37 – Аврора Джейсон

Райнрад, наследник Изумрудных земель, нес на своих плечах бремя древних традиций и законов, как старший из нагов. Каждый его шаг был предопределен, каждый выбор – взвешен. Он был призван быть столпом своего народа, хранителем их наследия. Изо дня в день он укреплялся в этой роли, пока однажды, будто камень, брошенный в гладь озера, его жизнь не нарушила Санрая.

Земли были отравлены скверной, поэтому народ попросил помощи у клана ведьм. Их встреча была случайна, как осенний лист, занесенный ветром в ледяной сад зимы. Ведьма, которую народ почитал и боялся, оказалась совсем не такой, какой он её себе представлял. Ни зловещего колдовства, ни взгляда, пронзающего как лед. Лишь золотая коса, струящаяся до пояса, карие глаза, излучающие тепло, и хрупкая фигура, словно сотканная из лунного света.

Что-то в ней, неуловимое и манящее, коснулось самых потаенных уголков скованной души Райнрада. Грация пантеры, тихий голос, плетущий сказки о травах и звездах – все это зачаровывало его, пленило разум. Симпатия, вспыхнувшая искрой, с каждой новой встречей разгоралась в пламя, все сильнее и опаснее. Ведь любовь между нагом и ведьмой – предательство вековых устоев. И Райнрад знал это, но отказаться от Санраи было все равно что вырвать из груди живое сердце. Он застыл на перепутье, раздираемый долгом и желанием, честью и любовью, не в силах выбрать путь. Они много пережили, вместе сражаясь со скверной.

Но потом, Райнрад отчаянно пытался бороться с самим собой, искоренить эту запретную привязанность. Он избегал Санраи, тонул в государственных делах, изнурял себя тренировками до седьмого пота. Но стоило ему закрыть глаза, как перед ним возникал её образ: смеющиеся глаза, нежные руки, запах трав, навсегда впитавшийся в её одежду. Он понимал – это безнадежно. Его сердце уже сделало свой выбор, отринув разум.

Он начал украдкой встречаться с Санраей. Они искали укрытия в глубине леса, подальше от любопытных глаз и осуждающих перешептываний. Там, под сенью векового дуба, они делились своими сокровенными мыслями, мечтами, страхами. Райнрад рассказывал ей о тяжести короны, о долге перед народом, а Санрая – о тайнах природы, о древней магии, что текла в её жилах. С каждой тайной встречей их связь крепла, а любовь разгоралась с новой силой, опьяняя и пугая одновременно.

Но они оба понимали, что их счастье хрупко, как лепесток цветка. Рано или поздно завеса тайны падет. И тогда их ждет расплата, неминуемая и жестокая. Райнрад знал, что как наследник престола, он не имеет права подвергать опасности свой народ. Но как человек, он не мог отказаться от любви, которая вдохнула в него жизнь.

И тогда он решился. Он решил рассказать о Санрае отцу, надеясь пробудить в нем милосердие и понимание. Он знал, что это безумный, отчаянный шаг. Но он верил в животворную силу любви, способную изменить даже самый закостеневший мир.

Старые залы дворца, обычно полные величественного эха, казались в тот день зловеще тихими. Райнрад стоял перед отцом, могучим правителем Изумрудных земель, и слова, которые он должен был произнести, казались свинцовыми гирями, тянувшими его вниз. Он рассказал о Санрае, о своей любви, об их тайных встречах. В его голосе звучала мольба, но в глазах отца он видел лишь гнев и разочарование.