Книга Корона огня и пепла, страница 80 – Мира Салье

Делла отчаянно ревновала.

Проклятье!

Находиться рядом с ней было невыносимо.

Даже думать о ней невыносимо.

Как возможно чувствовать подобное, если разум говорит иное?

Но Кэл ничего не мог с собой поделать. В сознании одна за другой вспыхивали яркие картины минувшего вечера. Сладкая волна удовольствия накатывала и отступала, стоило вспомнить алчный блеск в ее глазах от того, что она научилась пользоваться его силой.

Улыбка скользнула по его губам. Какая волнующе бесподобная женщина!

И эта новая сторона Деллы его безмерно манила.

Он мог бы научить ее пользоваться кровавой магией, потому что сейчас она слишком концентрировалась, пропуская через себя силу, из-за чего поры на ее руках кровоточили. У Кэла поначалу было так же, пока он не овладел даром, познав каждый уголок своей сущности.

Он снова улыбнулся, вспомнив, как ему нравилось выводить из себя эту женщину, чувствовать исходящее от нее раздражение. В первые дни знакомства это стало его любимой игрой. Ему доставляло удовольствие смотреть, как от закипавшего внутри гнева сжимались ее маленькие кулачки и пульсировала вена на шее.

Несмотря на то что Делла всю свою жизнь прожила взаперти, она никогда не была серой мышкой. Она любила показывать зубки, огрызалась, и Кэлу нравился ее хищный оскал. И не только он.

Она была настоящей ринальской летучей мышкой. Дерзкой и храброй.

Однако его поразило еще и то, что Делла не проявила никаких внешних признаков эмоций ни в тронном зале, ни в его покоях. На нее это было совсем не похоже. Она казалась такой… властной. Делла в самом деле научилась управлять эмоциями. Весь вечер он не замечал на ее лице никаких изменений, лишь ощущал слабые отголоски неприязни, а потом сомнение с долей надежды. Но когда она поняла, кто он такой, вспыхнувшие в ней эмоции едва не сбили его с ног. Нежность, доверие… возбуждение, которое она никогда не могла – а теперь и не хотела – сдерживать. Оно, словно кровавый туман, обволакивало его тело и грозило расщепить на части.

За этой маленькой мышкой было интересно наблюдать, будто она – величайшая загадка, которую ему не терпелось разгадать. Делла была живой и по-настоящему ценила свободу. Немного взбалмошная и безрассудная. Завораживала своей красотой, дерзостью и упорством. Чего только стоит ее идея отправиться в пещеры к риньярам! Даже коренной риналец не отважился бы на такой шаг.

Что-то внутри него подсказывало: проведенное с Деллой время не было ни игрой, ни чистой воды притворством. Кэллам помнил запах ее кожи, вкус, каждый изгиб тела, звуки, которые она издавала, когда он брал ее. И он хотел еще.

Такая горячая. Отзывчивая. Дьявольски исключительная. Его.

Он помнил каждое ее прикосновение. Все до единого.

Представлял, как ее нежные ладони прикасаются к его телу, как пальцы скользят по пульсирующим линиям дара – сначала робко, но потом все увереннее.

Его глаза вдруг налились кровью. Стоило ему только подумать, что Делла будет точно так же дрожать в объятиях его близнеца, как Кэл ощутил жгучий укол ледяной первобытной ревности.

К Эмилиану… Брату, которому он только что мысленно вырвал сердце.

Кэллам тут же пресек кровожадные инстинкты, зародившиеся в голове. Нельзя заходить в эти двери. Ему надо абстрагироваться от ее вкуса и потока мыслей о ней.