Книга Корона огня и пепла, страница 137 – Мира Салье

Делла спустилась по ступеням в воду – горячую, но не обжигающую, – и погрузилась в ванну по пояс. Вокруг нее поднимался пар, а по коже стекали бисеринки пота.

Кэл неестественно замер на месте, стиснув челюсти. В его глазах разгоралось пламя битвы с самим собой. Он смотрел на Деллу с диким, голодным выражением лица. Словно хищник, готовый броситься за добычей.

Но она не была добычей. Больше нет.

— Мы оба ринальцы. Ты голоден, я тоже. Что нам мешает? – Она провела тупой стороной ножа по отяжелевшей от желания груди. Ей никогда еще не приходилось соблазнять мужчину подобным образом, и Делла вдруг поняла, что ей нравится иметь такую власть.

— Помнишь, чему ты учил меня? – Свободной рукой она скользнула по животу и опустилась в воду, коснувшись набухшей плоти. Вихрь удовольствия тут же закрутил ее. – Помнишь, как учил меня потворствовать своим страстям?

Делла выгнула спину, продолжая поглаживая себя, и Кэл издал низкий гортанный звук.

— Сумасшедшая. – Он шагнул вперед, но снова замер, наблюдая, как другая ее рука поднимается от груди еще выше и прижимает нож к горлу острой стороной.

Делла уже давно прекратила сковывать себя и противиться желаниям, а стремление добиться цели побуждало ее и вовсе забыть о приличиях и стать самым настоящим ринальским хищником, причем опасным.

— Так и будешь там стоять? Или мы проверим, насколько крепка твоя выдержка, демон?

Губы Кэла растянулись в порочной улыбке.

— Моя грязная маленькая мышка возжелала демона? Жаждешь непристойных искушений, которые могу дать только я?

— А если и так? – Она сделала небольшой надрез на шее сбоку, почувствовав слабое жжение, и тонкая горячая струйка потекла по коже.

— Проклятье, Делла… – Низкий, бархатистый голос мужа превратился в рык.

С поразительной скоростью, присущей только ринальцам, он оказался рядом и сомкнул широкую ладонь у нее на горле прямо над раной. Второй рукой обхватил талию, развернул и прижал ее спиной к своей крепкой горячей груди. Делла ахнула, ощутив странный трепет предвкушения, когда его теплое дыхание коснулось шеи. Прильнув к ней ближе, Кэл запрокинул ее голову и впился острыми зубами в плоть. Из легких словно выбили весь воздух, а тело пронзила уже знакомая нестерпимая боль. Но жжение через мгновение исчезло – Кэллам стал жадно пить, кормиться ею, будто изголодавшееся животное.

Делла содрогнулась от вспыхнувшего возбуждения. Острое обжигающее желание все нарастало, усиливая и без того жидкий огонь в венах и распаляя влажный жар внутри.

Воздух окончательно покинул легкие.

Ее тело горело.

Пульсирующая боль между ног сводила с ума. Она в жизни не испытывала настолько опьяняющего состояния.

Кэллам понял это и отпустил ее талию, скользнув рукой по ее бедрам и ниже под воду, пока не ощутил всю полноту ее желания. Он удовлетворенно зарычал и начал поглаживать ее центр ленивыми движениями, заставляя извиваться. Это было чересчур. Делла распадалась на миллионы частиц удовольствия, которые сменялись волнами ошеломительного блаженства. Она застонала, и Кэл крепче прижался к ней, давая почувствовать свое возбуждение. Ее сознание словно исчезало из реальности, утопая в исступлении. Все в ней сосредоточилось в тех местах, где он пил ее кровь и касался пальцами. Внутри нарастало напряжение, становясь еще более мучительным, при этом прекрасным и всепоглощающим.