Книга Цитоник, страница 174 – Брендон Сандерсон

Я шагнула вперед и снова положила руку ему на плечо. Он крепко сжал ее, улыбаясь и все еще плача.

— Я не собираюсь оставлять вас, – проговорила я. – Но я должна знать, что происходит.

— Я заглянул в ваши мысли, – ответил он, – когда мы соприкоснулись. И увидел это имя. Спирс. Этот человек жил здесь, в «нигде». Он пытался сбежать через световспышку несколько десятилетий назад. Он прожил сотни лет, используя цитонику, чтобы продлить свою жизнь! Но делверы уничтожили его в световспышке. Он недостаточно развивал свои способности. И не смог совершить гиперпрыжок.

— Хорошо. – Я сделала глубокий вдох. – Значит, вы монстр из-за пределов пространства и времени. И вы захотели войти в пояс и помочь мне, поэтому создали гомункула…

Он энергично закивал:

— Как в сказке Бабули об алхимике! Да, это удачная аналогия. Я создал гомункула Чета.

Ладно, с этим я могу справиться. Я могу это принять.

Мозг, а ну справься с этим!

— Простите, что солгал, – прошептал он. – Я был наивным новорожденным и предположил, что кто-то из вашего прошлого вызовет больше доверия. Теперь я понимаю, что любой случайный человек на самом деле был бы менее подозрителен. Я был там вместе с остальными, когда Спирс был уничтожен. Я знал его очень близко. Я ухватился за это имя и воссоздал его атом за атомом. Его разум был полон знаний о поясе, но никаких воспоминаний о том, кем он был раньше, не вернулось. Тем не менее у него была индивидуальность, страсть. Как у вас. Для…

— Историй, – шепотом закончила я.

— Да. Я восполнил то, что было утеряно в нем, из вашего разума. Я думаю… Я думаю, он действительно был исследователем, Спенса. Это были его воспоминания о фрагментах, те, которыми я поделился с вами. Его энтузиазм. Его манера говорить. Каким он был, таким я и стал. С некоторыми дополнениями из вашего собственного разума, заполнившими пробелы. Я пытался объяснить, когда вы мне не доверяли. Я пытался сказать, что я не человек, а сборник историй. Но если бы я тогда выдал себя, это разорвало бы меня на части. Я должен был тогда остаться с вами и быть человеком. Вам нужен был проводник. Но, Спенса, прах. Я не ожидал, насколько реальным я почувствую себя благодаря ему. Насколько он сделает из меня человека. И я не понимал… как сильно мне это понравится. Как сильно я захочу, чтобы мы просто ушли вместе исследовать «нигде», отказавшись от боли, которая, как я знал, должна была последовать. Если бы мне пришлось вспомнить…

Отчасти я была в ярости. Он скрывал все это от меня? Он мне лгал?

Однако я сдержалась. Это было совершенно не в духе Спенсы, но я заставила себя не закатывать истерику. Он не виноват. В некотором смысле он был очень молод. Я создала его, заставив покинуть других делверов. Я не могла винить его в том, что он, стараясь изо всех сил, совершал ошибки.

— А Путь Старейших? – спросила я.

— Настоящие воспоминания, – прошептал он, – настоящих цитоников. Я знал, что они вам понадобятся. Я знал…Что они понадобятся мне. Мы специально забыли об этих вещах, Спенса. Я не знал подробностей того, что содержалось в воспоминаниях, но я знал, где были ответы. Я знал четыре самых важных портала, до которых нужно было добраться. Так что… простите меня… Я придумал для вас задание с интригующим названием. Чтобы привести вас в эти места.