Книга Непокорные, страница 90 – Брендон Сандерсон

Я хотела срезать эту улыбку с лица Брейд и прибить ее к стене в качестве трофея. Я потеряла желание убивать без разбора, но это не означало, что я перестала быть собой.

— Встречаемся наедине, – сказала Брейд. – Здесь.

Координаты были насильно вбиты в мою голову, как стрела, указывающая путь.

— Послезавтра, – сказала она. – Через тридцать шесть часов по времени Старой Земли.

Я посмотрела на часы.

— А почему не тридцать девять с половиной? Тогда будет полдень.

— Надо же! – сказала Брейд. – Я не стану говорить своим – в последнее время Винзик держит меня на длинном поводке. Я могу улизнуть. А ты?

Я не ответила, но она, похоже, прочла желание в моих глазах, потому что мгновение спустя исчезла. Я же пребывала в неуверенности. Только что я втравила нас в огромные неприятности, согласившись сбежать в одиночку. Но если я смогу убить Брейд – или, и это лучше, захватить ее, – мы получим очень заметное тактическое преимущество. Я знала, как сильно Винзик полагался на ее цитоническое вмешательство.

По крайней мере, так будет безопаснее для меня. Нам не придется опасаться того, что она снова влезет и станет шпионить за нами.

Я колебалась, не в силах принять решение. Мне нужно было посоветоваться с кем-нибудь. К счастью, один из самых рассудительных собеседников, которых я знала, сейчас сидел у меня под дверью. И пил чай.

Хешо сидел, скрестив ноги, на коврике. Когда я открыла дверь, он не заметил меня. Он осторожно поклонился своему чайнику, поднял его и наполнил чашку примерно на четверть. Потом поклонился чашке и выпил чай маленькими глотками. Закончив, поднял маску – белую с красными полосками, в форме лисьей головы – и снова надел ее.

Он явно совершал какой-то обряд, так что я стояла позади, ожидая, пока он не заговорит.

— Это императорская церемония, – пояснил он. – Выполняется в каждый день нандзян. Глава дома разливает чай, занимая место императора. Признание того, что все исходит от императора: все удобства, все потребности, вся жизнь. Я не делал этого с тех пор, как занял нынешнее положение. Я наливал чай главам государств, но император не пьет, потому что он не берет у своих подданных, а лишь дает. – Он помолчал. – Я привык верить в это.

Когда он развернулся на коврике, я устроилась в дверном проеме. Как всегда, его голос был сильным и низким – мощный бас, исходящий от совсем небольшого существа. Или во мне говорило предубеждение? Почему маленькое существо не может издавать глубокие звуки?

— У тебя проблемы, – сказал он.

— Да когда их не было у меня? – со вздохом отозвалась я.

— Мудро. Волны океана пребывают в непрестанном смятении, таково же и существование того, кто живет полной жизнью.

— Не думаю, что я так уж похожа на волны, Хешо. Скорее на газировку в бутылке, которую постоянно трясут.

Хешо засмеялся:

— Мне нравится, как ты смотришь на мир, Юла. Я начинаю думать, что мне, возможно, следует больше ценить легкость.

— Хм… То же самое, только наоборот? – Я вздохнула и оперлась о дверной косяк.

Мимо прошла пара пилотов из другого звена. Они бросили на нас странные взгляды, но к этому я привыкла.

— Даже не уверена, что понимаю, о чем хочу спросить. Если желаешь, поговорим о твоих проблемах.

— И это поможет тебе получить совет, – сказал Хешо. – Ты становишься более вдумчивой, Спенса. Обнадеживающая перемена.