Книга Дикий. В твоём плену, страница 61 – Лана Светлая

— И что было потом, когда битва закончилась? – так спокойно интересуюсь у девушки.

— Вернулись сюда, домой. Наши с Владом люди, конечно, на территорию Горских, а остальные сюда. И вот тут-то Глеб и сообщил, что вы с ним истинные, – глаза девушки снова восторженно вспыхивают. – Я до сих пор поверить не могу, что ты и он – истинная пара!

Опять двадцать пять.

Да не хочу я обсуждать эту тему!

И тут меня осеняет, что я ничего не знаю про Веду. Неужели и её кто-то из оборотней случайно убил? Или она, как и моя мать, смогла ускользнуть от медведей?

— Слушай, а та старушка, что сидела возле меня. Ты случайно не знаешь, что с ней?

Ответа я так и не услышала. А услышала тяжелые быстрые шаги где-то в глубине дома, которые приближались всё ближе к комнате, в которой находимся мы с сестрой Глеба.

Мы одновременно с Лизой смотрим на дверь.

— Мой бешеный братец несётся, – с досадой бурчит девушка. – Видимо, учуял, что ты очнулась.

И как только она замолкает, дверь резко открывается, а на пороге действительно появляется Берковский.

Глава 30

Мой взгляд сразу приковывается к Лесе.

С жадностью и испугом осматриваю девушку, чувствуя, как в груди бешено колотится сердце.

Её бледное как простыня лицо с ссадинами и фонарём вызывает не такую уж большую тревогу, как… пустота в бирюзовых глазах. Но ещё больший страх я начинаю испытывать, когда мы со зверем прислушиваемся к её внутренним эмоциям, а там тоже ледяное равнодушие.

Но я всё равно облегчённо выдыхаю, когда вижу её в сознании. Мы со зверем в эти полутора суток пиздец в каком напряге находились. Башню сносило напрочь, когда смотрели на неподвижное тело девушки, выглядящей так, словно в моей постели находился труп, а не живой человек. Единственное, что хоть немного остужало мою панику – ровный и стабильный стук сердца Леси. Это было единственное доказательство того, что она жива. Даже дыхание у неё было настолько слабым и тихим, что я не всегда мог его услышать.

— Привет, – слишком спокойно говорит Леся, когда я начинаю идти к кровати.

— Как ты себя чувствуешь? – вместо приветствия интересуюсь у неё, чутко прислушиваясь к тому, что на самом деле она испытывает в физическом плане.

— Всё тело болит, – морщится, немного пошевелившись под одеялом, в которое закуталась чуть ли не по самую макушку. Не врёт.

Я жадно вдыхаю аромат Леси, стараясь сделать это не слишком громко и заметно.

— Сгоняй за обезболивающим, – командую сестре, вставшей с кровати, когда я к ним приближаюсь. – Оно в аптечке, на кухне где-то. И сообрази чего-нибудь поесть Лесе, – усаживаюсь на место сестры, хотя хочется расположиться как можно ближе к Лесе. Чутко улавливаю момент, что она, наоборот, отодвигается назад при моём приземлении на кровать, поэтому решаю пока не напирать.

Сестрёнка лишь недовольно фыркает на мой приказной тон, но молча и послушно сваливает из спальни.

— И как много Лиза успела тебе рассказать? – дураку понятно, что они успели побеседовать.

Мы, когда со зверем учуяли, что Леся очнулась, сразу рванули сюда. Но были слишком далеко от дома, понадобилось время, минут двадцать, чтобы вернуться домой. Поэтому можно смело предположить, что девчонки успели обсудить произошедшее. А зная свою сестру, она стопудово уже всё рассказала. Ну, то, что знала.