Книга Елена Троянская. Возмездие, страница 71 – Сьюзен Уилсон

— Ку-ку, ку-ку, – пропело видение.

Хихиканье девочки перешло в визг, когда ахеец всплеснул руками и нараспев произнес еще одно пророчество, на сей раз на аккадском:

— Для Трои две судьбы. Два пути, усыпанных острыми камнями. Две дороги, опутанных цепкими сорняками. Приам, великий царь, внемли человеку, видящему глазами прозорливого Апалиунаса. Внемли своему покорному слуге, который говорит, не думая о собственной выгоде, пока другие пытаются тебя обмануть.

Провидец метнул хитрый взгляд на Гекубу, ответившую ему брезгливо поджатыми губами.

— Лишь только твой преданный слуга проведет тебя по самому верному пути, – продолжал он. – Мудрейший из царей, будешь ли ты слушать его в грядущие дни или очертя голову бросишься навстречу бедствию?

Смуглые щеки Приама над белоснежной бородой посерели.

— Интересно, глазами какого бога смотрит ахейский провидец, – тихо и с иронией проговорил Антенор.

Гекуба отрывисто кивнула старцу. Щелчком пальцев она позвала Елену. Та почти с благодарностью последовала за царицей прочь из тронного зала.

* * *

Темные коридоры, увешанные гобеленами галереи, балконы с беседующими молодыми мужчинами и женщинами, кланяющиеся слуги и салютующие стражники – все проплывало как в тумане. Елена не смогла бы найти дорогу обратно в тронный зал.

Когда Гекуба резко остановилась возле какой-то неприметной двери, Елена едва в нее не врезалась.

Парис отступил на шаг назад.

— Подожди, разве лекарь там? В этой комнате?

— Она там, и я буду рядом с тобой, – ответила его мать.

Парис обхватил ладонями лицо Елены.

— Нам не обязательно туда заходить. На самом деле тебе не очень нужен врач. Это всего лишь падение, и ты смогла дойти так далеко. Я заберу тебя к себе. Ты сможешь прилечь.

Елена отняла его руки от лица и опустила их. Почему он так не хотел заходить в эту комнату? Там был кто-то еще? Если эта часть дворца была женской, то Гекуба почему-то явно не считала присутствие здесь сына неуместным. Елена потребовала бы от него объяснений, если бы за ними не наблюдала его мать.

— Ты уже не мальчик, Алаксандус, – сказала Гекуба. – Взрослые мужчины отвечают за последствия своих действий.

С замиранием сердца Елена распахнула дверь.

Там, откинувшись на спинку кровати и опираясь на подушки, лежала особа женского пола, совсем почти девочка. Своими заострившимися чертами она напоминала Гекубу, только кожа выглядела болезненной. Под покрывалом угадывалось изможденное тело. Она улыбнулась Гекубе и сдвинулась повыше.

— Мама, – произнесла она, и Еленины сомнения рассеялись.

Взгляд недужной безо всякого интереса скользнул по Елене и остановился на Парисе. Ее большие карие глаза – самая выдающаяся ее черта – сделались еще больше. Ладонь метнулась ко рту.

В немом вопросе Елена повернулась к Парису. Он по-прежнему стоял в дверях и изучал пол. Девушка была его сестрой. И он чем-то ее обидел.

— Парис хочет кое-что сказать тебе, – сообщила Гекуба.

Парис медленно, шаркая ногами, как ребенок, вошел в комнату и приблизился к кровати.

Девушка приподнялась на дрожащих руках. Ее бледная кожа покрылась густым румянцем.

— Это правда ты? Ох, Парис, как же я рада! Сейчас ты можешь войти, только один раз, пока твоя мама здесь. Ты же помнишь, что я просила тебя не заходить в мою комнату.