Книга История одной ненависти, страница 64 – Дара Бояринова

— Это трудно, Итан. Это очень трудно. Может, ты просто ее не любил, и она чувствовала это, или любил не до такой степени, чтобы могла тебе верить?

— Скорее всего, – он посмотрел на «несуществующую женщину» и пояснил, – Но мне ведь надо было встретить тебя.

— Пьем? – раздался суровый шепот от двери.

Мы повернулись на голос и увидели Ролана. Он вошел, притворил за собой дверь и все тем же суровым шепотом возмутился:

— В тихушку! А про боевого соратника, можно сказать, героя, забыли!

— У нас самообслуживание, бери тарелку, рюмку и садись, герой! – рассмеялся Итан.

— Что вы, что вы! – замахал на него руками Ролан. – Разве ж можно, господин начальник! Конечно– с, мы сами– с, и возьмем– с, и нальем– с!

Ролан быстро все нашел, точно зная, где что стоит и лежит, очередной раз удивив меня, но сыщик, как говорится, он и в Африке, а заодно «хоть в тушке, хоть в чучеле» сыщик, один раз посидел за столом, отложив в памяти все мелочи.

— Ух ты! – не удержалась от восхищения.

— Уж извините– с, – понял меня Ролан, – такие вот мы, издержки профессии, знаете ли.

Он быстро налил всем коньяку, поднял рюмочку и, вздохнув, обратился к ко мне, переходя на «ты»:

— Намаешься ты с ним, ох намаешься! – и опрокинул в себя коньячок, крякнув от удовольствия.

В его глазах читалось что он все про нас понял, еще там, когда мы вдвоем бежали к машине. Вот именно – вдвоем! Как одно целое, как команда, без истерик, без выяснения, кто главнее и умнее и кого надо слушаться. Это считывалось сразу и было понятно без слов. Словно поняв, что я догадалась, о чём он думает, Ролан сказал:

— Все, попал ты Кёрк! И на этот раз в десятку! Нет, ну какую мисс отхватил, а! Везет тебе, важняк!

— Что здесь происходит? Вы что, опупели? Три часа ночи, а вы коньяк пьете? – возмущенно прошипела с порога кухни Ларка.

Она была в халате, с примятым ото сна лицом и щурила глаза, отворачиваясь от света.

— Ночное совещание, – ответил Ролан, улыбаясь и задушевно так поинтересовался: – А ты, как я понимаю, не будешь?

Он как будто безоговорочно, всей своей печенкой чувствовал нас. Уважал, не совсем понятно пока ещё за что, и чуточку радовался. Познакомившись с Ларкиным характером, он с нетерпением ждал, что она поднимет брошенную перчатку.

И Ларка его не разочаровала.

— Ролан, – ответила она официальным тоном, усаживаясь за стол. – Вы ведь, говорят, один из самых крутых следователей, значит, хороший психолог. Неужели вы не знаете, что перед женщиной нельзя зажигать красный свет. Она воспринимает его как призыв к атаке и не иначе как зеленый! Наливайте!

— Уважаю умных женщин, – рассмеялся Ролан, быстро поднимаясь и ставя перед ней рюмочку и тарелку.

— А я галантных мужчин, – поддержала его Ларка.

Мы с Итаном переглянулись, слушая их диалог, и усмехнулись: «Да уж, с ними не соскучишься!»

— Итан, мне ужасно любопытно, почему вы носите в пряжке ремня ключ от наручников, – не удержалась Ларка.

— Лара, раз пошла такая песня, давайте на «ты»?

— Легко! И с удовольствием! – согласилась подруга.

— Это подарок, – объяснил Итан. – Как– то давно я вел одно дело, и ребятки, проходящие по нему, решили «побеседовать» со мной, так сказать, более тесно. Мне пришлось «отказаться» от их гостеприимства и протопать десять километров по лесу в наручниках. Все обошлось, как видите, но через два дня мой начальник в паре с Роланом преподнесли мне этот подарок – универсальный ключ в пряжке ремня. С тех пор и ношу.