Книга Нино и ее реальность, страница 84 – Анна Теплицкая

— Эта? –  Я показала ему фотографию кадровички.

— Нет.

— Эта?

— Нет.

Оказалось, с ними ходила официантка. Та самая, с которой он летал в Сочи вместо того, чтобы пойти на Алискину свадьбу.

— Какая же сука, –  в сердцах сказала я и опрокинула в себя бокал до дна.

— Мам, вот честно. Даже ты этого не заслуживаешь.

С этого дня он стал ухаживать за мной. Ужин у нас превращался в произведение искусства: Дато накрывал стол черной скатертью и сервировал фарфоровым сервизом, который прежде мы берегли только для гостей. Вечером на столе всегда стояли корзины с ягодами и мучнистыми бананами, сильно пахли бородинский хлеб и мясные отбивные, которые он научился жарить так, как когда-то его отец. Он начал покупать продукты сам: сравнивал цены, знал, что и где покупать выгоднее. Дато следил за мной. «Ты почти ничего не съела», –  говорил он. «Маме сейчас тяжело, я сам», –  тихо объяснял он Матвею, думая, что я не слышу.

Парень, которому оставалось жить три года и два месяца, наконец обнимал меня как раньше.

Удачная сделка с Orbita Interactive сильно укрепила мое финансовое положение. Мы с Дэном Рожковым сумели найти общий язык. Он оказался профессионалом, который категорически не хотел двигаться по процентам в чужую пользу, но свои обязательства выдерживал: контракт был составлен с исключительной щепетильностью и исполнен точно в обещанный срок.

Я заехала в офис Левана после пяти, чтобы поставить очередные подписи на пролонгационных документах. Леван был рассеянным и не мог ответить ни на один мой вопрос, что совершенно не вязалось с его обычно организованным характером. Наконец мне это надоело:

— Что случилось?

— Ничего. – Он пожал плечами.

— Ну я же вижу, что на тебе лица нет.

Оказалось, что они с Майей расстались. От неожиданности я присела:

— Но почему? Я думала, у вас все идеально.

Их отношения с Майей казались очень серьезными, они стали встречаться, едва окончив институт. Молодая врач и выпускник матмеха. Полтора месяца назад Ия сказала мне, что он собирается сделать ей предложение. «Леванико женится, –  с легкой грустью подумала я. –  Ну что ж, его девочка действительно блестящая партия».

— Все так думали. Она целовалась с другим.

— Ну и что? –  расхохоталась я, не заботившись о том, что ему может быть неприятно. –  Подумаешь, поцелуй!

Леван поморщился, сказав, что это стало последней каплей.

Он мне нравился всегда, но я слишком боялась показать это и испортить наши близкие, практически родственные отношения. Иногда мне казалось, что он смотрел на меня с нежностью, иногда с огоньком, но мы никогда не переступали черту, не говорили открыто. Как бы мне ни хотелось соблазнить его, я не видела ни единой возможности. Он был слишком правильный и никогда не изменял своей девушке. Таких мужчин не надо портить, сбивать их с истинного пути. Значит, теперь он свободен. Я замолчала, не зная, что говорить. Я хотела похлопать его по плечу, утешить, что разрыв с кем-то –  это глоток свежего воздуха, возможность прожить новый сценарий, впустить в жизнь настоящее приключение, но, заглянув в его печальные глаза, я засомневалась, что он правильно меня поймет. Поэтому я сказала:

— Мне очень жаль, –  и сочувственно сморщила лицо.

— Ничего страшного, –  сказал Леван. –  Я так вкладывался в эти отношения, столько времени был ей мужем, что теперь и я намерен развлекаться. Не хочу ничего постоянного, просто секс.