Книга Измена. Не умирают от любви, страница 89 – Светлана Калинникова

— Юрочка! – воскликнула она, расцеловывая внука в обе щеки, которые он со смущением ей предоставил в полное пользование. – Ну зачем вы мне принесли столько всего! С собой заберите. Слышишь меня, Полюшка?

Я расставляла йогурты, соки, фрукты в холодильнике, слушая ее возмущенное щебетание. «Полюшка!» – я едва не расплакалась от этой знакомой родной интонации.

Она неохотно сказала, что ей было очень плохо. Зато с радостью поведала, что уже может вставать, правда, с помощью мужа. Естественно, на вопрос, как же все случилось, она не ответила, отделавшись общей фразой: «Ах, это коварное давление!» Я хотела поймать ее взгляд, но она отвела глаза, и я с еще большей уверенностью подумала, что к этому причастна мама.

Галина Николаевна пожурила Туринова за то, что от него пахнет сигаретами, и отправила его и Юрку в коридор, сказав, что устала, а меня попросила попоить ее водой.

Когда я подошла к ней со стаканом, левой рукой она ухватилась за мою ладонь и сказала:

— Я так и сказала Вадиму: «Полина не останется одна». Ну и пусть так. Туринов на тебя давно глаз положил, негодник. Но хоть свой, в хорошие руки тебя отдаем, – а потом, вздохнув, продолжила: – Ты ведь простишь меня?

— Я уже не помню, за что? – смахнула я слезы.

— Вот мы бабы-дуры, – произнесла свекровь. – От горя плачем, от счастья плачем. Спасибо тебе, детка: за внука, за прощение, за все.

А через пару дней Николай Сергеевич попросил меня зайти к нотариусу, где я и Юрка ознакомились с договором дарения на имя Юры той самой «южной» квартиры. Но идиллии не случилось.

Произошло нечто совершенно неожиданное и непредсказуемое. Стоящий передо мной на коленях Вадим – это я не забуду никогда.***С пятницей, дорогие читатели! Хороших выходных!

ГЛАВА 36. Автоледи.

На столе у нотариуса был педантичный порядок. Рядом с ним сидел Николай Сергеевич, а мы с Юркой расположились на стульях у стены. Нотариус, развернувшись к монитору компьютера, бубнил про себя, проговаривая пункты договора, а свекор терпеливо подавал ему документы, когда тот задавал вопросы.

— Ну что же, теперь мы можем вывести все на печать, и вы ознакомитесь. Подписание мы можем с вами провести и в больнице…

— Нет! – в один голос сказали я и Юрка.

— Юра хочет дождаться, пока бабушка выйдет из больницы, – улыбнулся свекор.

— Резонно, - заметил нотариус. – Она как сособственник может еще и передумать. Есть время все хорошенько обсудить.

— Галина Николаевна не передумает, - раздался резкий ответ Николая Сергеевича. – Это было ее предложение. Галочка… Жена говорила об этом и раньше, все дело было в моих сомнениях.

Юрка кашлянул, и я подумала, что прямолинейность свекра не всегда к месту. Сын, конечно же, понял, что дед был против такого подарка внуку.

— Я отказываюсь принимать подарок, – засопел Юра. – «Южная» квартира мне не нужна. Я и море-то не люблю.

Совсем детская отговорка и по-настоящему взрослая обида. Свекор поднялся и заявил, что ему нужно поговорить с внуком. Я хотела выйти вслед за ними, но рука Николая Сергеевича легла на мое плечо: «Это разговор двух мужчин. Один из которых давно напрашивался на то, чтобы услышать правдивые слова от внука».

Их не было минут пять, не больше. Когда они вернулись, глаза свекра сияли. И я поняла, что этот странный пожилой человек, никогда не испытывавший ко мне симпатии, очень рад, что между ним и внуком протянулась незримая ниточка понимания.