Книга Правила игры, страница 24 – Анастасия Вежина

Я остановился в нескольких метрах. Не подлетел. Не встал между ними. Просто появился в поле зрения — как факт.

Анна заметила меня боковым зрением. Я увидел это по её дыханию: вдох стал короче. Она не показала облегчения. Но тело выдало.

Волков тоже заметил и задержал взгляд чуть дольше, словно оценивал новую фигуру на доске.

— О, вы тоже на парковку, Максим Валерьевич? — спросил он сладко. — Случайно?

Я подошёл ближе, но остановился так, чтобы не стать «щитком». Она не просила меня быть щитом. Я не имею права делать вид, что знаю, что ей нужно. Я мог только дать ей возможность выбрать.

— Я забыл флешку в офисе, — сказал я спокойно. — Возвращался. Увидел вас.

Анна достала ключи. Пальцы были уверенные, но я заметил, как они сжались на брелоке сильнее, чем нужно.

— Дмитрий Андреевич, — сказала она, — я не обсуждаю личное с клиентами. Если вы ставите условие «ужин в обмен на контракт» — это не про маркетинг. Это про давление.

Её голос не дрожал. Но в нём была усталость. Усталость от того, что ей приходится объяснять очевидное.

Волков рассмеялся, будто она сказала шутку.

— Давление? Анна Сергеевна, давайте без громких слов. Я предлагаю вам возможность. Вы же хотите быстро? Вы же хотите быть… выше?

Я услышал в этих словах не комплимент. Угроза, обёрнутая в бархат.

Анна подняла подбородок.

— Я хочу результата, — сказала она. — И я его делаю. Без «возможностей» такого рода.

— Тогда результат будет медленнее, — Волков пожал плечами. — У меня много агентств. Много людей. Вы не единственная.

Анна не моргнула. Я бы на её месте чувствовала, как в груди растёт гнев. Она — держала.

Я сделал шаг — не к нему, а чуть в сторону, чтобы её корпус оказался под светом лампы. Чтобы ей не приходилось стоять в полутени рядом с этим человеком, будто она «его секрет». Это было мелко, но важно.

— Дмитрий Андреевич, — сказал я, обращаясь к нему как к бизнесу, а не к мужчине. — Если у вас есть требования по контракту, давайте оформим их письменно и согласуем с юридическим. Так будет быстрее и прозрачнее.

Он посмотрел на меня так, будто я испортил ему игру.

— А вы кто такой, чтобы мне условия ставить? — спросил он.

— Никто, — ответил я честно. — Поэтому условия ставит Анна Сергеевна. Это её проект.

Анна на секунду повернула голову ко мне. Взгляд короткий. Благодарный — но спрятанный так глубоко, что его нельзя показать даже себе.

Волков перевёл взгляд на неё.

— Серьёзно? — спросил он уже жёстче. — Вы хотите так? Ладно. Тогда я подумаю. Только учтите: я не люблю, когда со мной играют в недоступность.

— Это не недоступность, — сказала Анна. — Это границы.

Слово прозвучало как удар. Волков замолчал. Потом улыбнулся — уже без тепла.

— Хорошо, — сказал он. — Границы так границы. Тогда до завтра. И… подумайте. Я умею быть благодарным.

Он сделал шаг назад, наконец отойдя от её двери. И ушёл к своей машине.

Анна не села сразу. Она стояла, смотрела ему вслед. Свет лампы делал её лицо более резким, взрослым. На секунду я увидел не «железную леди». Женщину, которую пытались купить.

Я молчал. Потому что любая моя фраза сейчас могла прозвучать как «я спас». А ей не нужен спасатель. Ей нужен выбор.

Она повернулась ко мне.

— Вы… не должны были, — сказала она тихо. Без гнева. Скорее, без сил.