Книга Его тайная землянка, страница 46 – Татьяна Гончарова, Елена Сергеева

Но мы здесь не останавливаемся.

Ауро проходит прямо в спальню со мной на руках. Я в очередной раз отмечаю его нечеловеческую силу и выносливость. Он столько меня нес, а его дыхание даже не сбилось ни разу, и пульс все такой же мерный и спокойный.

Он не человек. Хард. Самый влиятельный и опасный из них. И я не должна про это забывать.

Зодиак не проявляет пока агрессии и жестокости ко мне. Это тоже можно отнести к плюсам. Нужно попробовать наладить с ним диалог. Может мне удасться как-то переломить ситуацию и уговорить его отпустить меня.

Потом… когда все это закончится. Я уверена, что я здесь не просто так, а с какой-то определенной целью. Понять ее и найти общий язык с моим нынешним хозяином — вот мои приоритетные задачи.

Но сначала отдых. Врач прав. У меня совершенно расшатались нервы от этих жутких нагрузок на мою бедную нервную систему.

Хороший здоровый сон и завтра…

Мой взгляд упирается в массивную кровать в центре спальни. Она просто монументальна и вполне под стать своему хозяину.

Он опускает меня на край, и я сижу, растерянно уставившись перед собой.

— Ты будешь жить здесь. Отныне это и твоя спальня. Завтра привезут твои вещи. Спать тоже будешь со мной, — спокойно заявляет он.

Мой взгляд поднимается к нему, полный немого страха. После всех его слов?

Он читает вопрос на моем лице и отвечает с холодной, жесткой отстраненностью.

— Твое тело должно быть пропитано моей энергетической сигнатурой. Для окружающих, особенно для других хардов, это единственный способ безошибочно идентифицировать тебя как мою женщину. Ты должна не просто выглядеть как она, ты должна ощущаться ею на энергетическом уровне. Это не прихоть. Это необходимая мера безопасности, которой тебе придется соответствовать.

Беспощадный приговор, облеченный в холодную логику.

Прежде чем я успеваю что-то сказать, его пальцы находят застежку моего верса на шее.

Щелчок. Ткань теряет форму и свисает с моих плеч. Я инстинктивно хватаюсь за нее, пытаясь прикрыться, но он одним движением снимает ее полностью.

Я остаюсь сидеть перед ним в одном тонком белье, чувствуя, как по коже бегут мурашки от холодного воздуха и его пристального изучающего взгляда.

— Ложись. Мы продолжим наш разговор завтра, — говорит Ауро.

В его голосе безоговорочный приказ.

Я делаю все на автомате, отодвигаюсь к дальней стене и ложусь на спину. Жду… не знаю чего. Насилия? Того самого «соития», которого он только что обещал не требовать?

Замираю в мучительном ожидании, пока он отходит к центру комнаты и начинает раздеваться сам.

Сначала исчезает его черный верс, обнажая широкую спину, покрытую причудливым узором из ветвистых потрескивающих молний и рельефных мышц. Затем он снимает и низ своего костюма…

Я хочу и не могу отвести глаз. Страх и еще странное горячее оцепенение сковывает меня.

Боюсь его, но мой внутренний эстет не может не любоваться на эту совершенную, хищную мужскую красоту.

Ужасаюсь и восхищаюсь одновременно.

Его тело — это воплощение грубой, нечеловеческой силы. Широкие плечи, мощные бедра, каждый мускул будто высечен из гранита. Словно древнее божество войны, прекрасен, и вместе с тем устрашает.

Ауро, похоже, щадит мои чувства. Не смотрит на меня, повернувшись спиной. Закончив с одеждой, он молча уходит в соседнее помещение. Похоже, ванную, потому что до меня доносится приглушенный шум воды.