Книга Загранкомандировка, страница 27 – Дмитрий Штиль

Соколов медленно потер подбородок, внимательно изучая изрисованную маркером карту. Затем поднял взгляд на меня. В его глазах читалось профессиональное признание.

— Сделаем, капитан.

Он повернулся к своим офицерам.

— Слышали задачу? Время пошло. Проверка связи, распределение боекомплекта, настройка прицелов ночного видения. Выдвигаемся через два часа.

Скрытый конфликт был исчерпан, не успев начаться. Отряд превратился в единый, слаженный механизм.

Через два часа мы были на позиции. Горное ущелье в провинции остывало быстро, отдавая накопленный за день жар. Я лежал на скальном карнизе, прижимаясь грудью к остывающему граниту. Справа, слившись со снайперской винтовкой в единый контур, замер Пашков.

В окуляре прибора ночного видения мир окрасился в зернистый изумрудно-зеленый цвет.

Караван втянулся в ущелье в заданное время. Сначала появился пеший головной дозор — пятеро боевиков, двигающихся грамотно, уступом. За ними, тяжело ступая по камням, шли вьючные лошади. По бокам каждого животного крепились характерные вытянутые деревянные ящики. «Стингеры». Ядро каравана сопровождало около двадцати человек охраны и трое в отличной от местных экипировке — пакистанские инструкторы. Замыкал колонну пикап «Тойота» с установленным в кузове крупнокалиберным пулеметом ДШК.

Голова каравана почти достигла центральной точки «огневого мешка», когда система дала сбой.

Старший дозорный внезапно поднял вверх сжатый кулак. Колонна встала. В зеленом свете ПНВ я увидел, как боевик поднес к лицу массивный прибор — очевидно, тепловизор или ночной прицел западного образца. Противник сканировал скалы.

— У него оптика, — сухо прошептал Пашков в ларингофон. — Он срисовал тепловую сигнатуру пулеметчика на правом склоне.

Америка не экономила на снаряжении для своих прокси. Дозорный резко вскинул автомат и открыл огонь на подавление по позиции десантников, одновременно смещаясь за валун. Скрытность была потеряна. Фактор внезапности реализовать не удалось.

— Работаем! — рыкнул в эфир Соколов, не дожидаясь, пока противник выйдет из сектора обстрела.

Ущелье разорвало грохотом. Трассирующие пули распороли темноту крест-накрест. Замысел был нарушен, но десантура работала штатно: плотный кинжальный огонь с флангов начал выкашивать охранение.

Однако паники внизу не было. Противник оказался подготовлен по стандартам регулярной армии. Моджахеды мгновенно рассредоточились, используя складки местности, и открыли грамотный ответный огонь. Водитель замыкающего пикапа резко сдал назад, выводя машину из зоны прямого поражения гранатометов, а пулеметчик за ДШК начал короткими очередями дробить скалы на позициях Соколова, намертво прижимая десантуру к земле. Тяжелые пули калибра 12,7 мм высекали снопы искр и каменную шрапнель.

Мы втянулись в позиционный бой. Пашков выстрелил. Передернул затвор, выстрелил снова.

— Не пробить, — доложил он ровным голосом. — На пикапе наварен бронещиток. Цель закрыта.

Я перевел ПНВ на центр колонны. Лошади жались к скале. Трое пакистанских инструкторов ISI не участвовали в огневом контакте. Они профессионально оценивали обстановку. Поняв, что караван заперт и обречен, они перешли к запасному протоколу.

Один из них, скинув разгрузку, резким движением достал из подсумка цилиндр — фосфорную зажигательную или термитную гранату. Он бросился к головной лошади, на которой висели ящики с пусковыми механизмами ПЗРК.