Книга Граф Рысев 2, страница 96 – Алекс Ключевской

— О чём ты так напряжённо думаешь? — Маша вошла в спальню, вытирая пот с лица и шеи.

— Ты где так взмокла? — задал я ей встречный вопрос.

— Бегала. У тебя здесь вполне приличный парк, который вполне подходит для тренировок. Я же говорила, что нам кучу заданий надавали, в основном по физической подготовке, — Маша стояла передо мной, продолжая вытирать лицо. — Так о чём ты так усиленно думаешь?

— У тебя нет, случайно, знакомой, которая бы могла бы попозировать мне обнаженной? — выпалил я, и тут же наткнулся на изучающий меня взгляд.

— Если ты мне скажешь, зачем, то, возможно, я тебе отвечу, — наконец, произнесла Маша.

— Мою экзаменационную работу испортил один хорёк, — процедил я. — А мне хочется продолжать учиться.

— Тебе для сдачи экзамена нужна обнажённая натура? — медленно произнесла Маша.

— Да, — я протёр лицо руками и поднялся с кровати. — Именно так. Что-то классическое и прекрасное.

— Не могу сказать, что модель прекрасна, — пробормотала Маша, подошла к мольберту, сняла с него картину и повернула ко мне лицом. — А чем тебя вот эта не устраивает?

— Тем, что на ней ты изображена? — я смотрел на раскинувшуюся на подушках молодую женщину и мысленно дорисовывал то, что хотел дорисовать. — Ты предлагаешь показать себя в столь соблазнительном виде толпе экзаменаторов?

— Почему бы и нет, — Маша закусила губу. — Ты же сможешь как-то задрапировать, чтобы не так откровенно было.

— Маш, у меня проект по обнажённой натуре, — я ещё раз посмотрел на набросок. — Ну, если вот здесь слегка прикрыть, вот тут намёк оставить… Я назову её «Одалиска графа». Это будет не показ сокровенного в женском теле, а стриптиз в названии. В крайнем случае, скажу, что не смог найти достаточно смелую девицу, которая согласилась бы, чтобы на неё пялились престарелые сластолюбцы. Да, именно так мы и сделаем.

— «Одалиска»? — Маша захихикала. — Я в душ.

— Хм. В обязанности наложницы входит проводить омовение своего господина. — Я принялся расстёгивать пуговицы сюртука.

— Если мой господин поторопится, то я смогу потереть ему спинку. — Маша стянула блузку прямо через голову.

Я в который раз поразился тому, что она совершенно не стесняется меня. Но зрелище обнажённой чертовки, скрывшейся в ванной комнате, заставило меня пошевеливаться. В конце концов у меня был очень сложный день, и я заслужил возможность немного расслабиться.

Всю ночь я писал портрет. Раз уж мне дали возможность не ждать окончания учебного года, а сразу сдать экзамен, то почему бы этим не воспользоваться. Это не значило, что я собирался покидать форт и возвращаться в родное поместье или в Ямск. Вовсе нет. Это давало мне время на более плотное изучение магии и боевых искусств. Да и надо было в любом случае дождаться окончания занятий у Маши.

Она уснула, а я всё ещё продолжал работать. Сейчас уже модель как такова была не нужна. Я время от времени бросал на неё взгляды, чтобы уловить игру теней на обнажённом теле. Как бы я не грозился всё Машины прелести задрапировать, сделать этого не мог. Зато сумел прорисовать чудесной формы грудь так, словно наброшенный на неё пеньюар в свете ночника стал практически прозрачным. А легкий ветерок, заставил сосок напрячься, натягивая ткань. Получилось… Очень даже. Когда я посмотрел на картину не как художник, а как простой обыватель, то меня даже проняло. И если бы не дикая усталость, я бы разбудил Машу, чтобы продолжить то, что мы так успешно начали в ванной.