Книга Странный путь, страница 116 – Илья Ангел, Алекс Ключевской

— Ой, я кажется забыл вас всех оформить, – протянул Рокотов. – Какая досада, наверное, начинаю стареть. Вот так получилось, что вы пока у нас не числитесь, да ещё и начальник приболел…

— Ладно, допустим я испугался и вам поверил, хотя мне нечего скрывать. Я не террорист, что бы вы ни думали обо мне, – натянуто улыбнулся Бернар.

— Полтора часа назад ты был менее сговорчив, – задумчиво произнёс Эдуард. – Что изменилось?

— Так, стоп, – потёр лоб ладонью француз, стараясь взять себя в руки. Атмосфера была очень гнетущей, и он это прекрасно чувствовал. Не сказать, что предыдущая попытка общения доставила ему море приятных впечатлений, но именно сейчас он начал осознавать, что шутки, если они и были, то кончились. И даже если он всё расскажет и во всём признается, его вряд ли отпустят живым. – Мне нужен иммунитет.

— Да, иммунитет бы тебе от вируса геморрагической лихорадки не помешал, – пробормотал задумчиво Довлатов.

— Почему они все говорят про какой-то иммунитет? – недоуменно уставился на Эда Гаранин.

— Гарантии безопасности в других странах называются именно так, – пожал плечами Рокотов, не сводя взгляда с Бернара. – Чего ты хочешь?

— Гарантию жизни. Я знаю, что вы меня не отпустите, обвинения очень серьёзные, но в случае, если мне светит смертная казнь, мне не за чем вам помогать, – ответил наёмник.

— Без проблем, – согласился Гаранин, принимая уже подготовленный Довлатовым документ, составленный им на несколько разных случаев. – Тем более, наш начальник почему-то верит в искупление, хотя и является скрытым садистом, отправляя всех террористов и предателей отбывать пожизненное наказание в очень страшное место, не обозначенное на картах.

— Ты откроешь разум и снимешь блоки, – перебил его Эдуард. Бернар посмотрел на него и кивнул.

— А почему Гаранин подписывает документ? – наёмник с недоверием смотрел на Романа.

— Он здесь сейчас за главного. Когда я говорил, что наш начальник приболел, я не шутил, – ответил ему Рокотов. – Ну давай, Мишель, начинай рассказывать, пока мы не передумали.

* * *

Резкий противный звук ворвался в мозг, выдёргивая меня из странного полузабытья, в котором я находился. Открыв глаза, я увидел склонившееся надо мной лицо.

— Лис, раз я тебя здесь вижу, то это может означать только одно – я нахожусь в медицинском отделе, – пробормотал я, закрывая глаза.

— Да, точно, и мне непонятны две вещи: почему сюда с завидной регулярностью попадают по очереди начальник Службы Безопасности и его зам? Разве вы не должны быть самыми охраняемыми персонами в этом здании? – раздался над ухом жизнерадостный голос Бойко.

— Эти несчастные случаи невозможно предугадать даже эрилям. А вообще, похоже, что мы с Ромкой сделали что-то не то, и теперь эта стерва Судьба нам пакостит помаленьку, – пробормотал я, не открывая глаз. – И, Лис, почему, когда я вижу твою улыбающуюся морду, мне хочется основательно так по ней зарядить?

— Какие странные у тебя желания, Митя, – и Лис негромко рассмеялся. – Да, пока ты был в отключке, сюда постоянно заглядывали какие-то люди, чтобы убедиться, что да, ты пока в отключке. Если я правильно понял, у них что-то не получается, и это можешь сделать только ты, поэтому они не понимают, почему в такой ответственный момент госпожа Ахметова не может привести тебя в чувства.