Книга Рискованный путь, страница 87 – Илья Ангел, Алекс Ключевской

— Как он? — спросил я у Ивана.

— Неважно, но нет ничего непоправимого, — ответил полковник. — Детей со второго этажа выведите, — добавил он, обращаясь к Кузовлеву.

В этот момент к нему подошёл Залман.

— На третьем этаже всё чисто. Эдуард только расстроен, он слегка повредил один клинок, да, Иван Михайлович, можно вас на пару слов? — спросил капитан, пристально глядя при этом на Ромку.

Они отошли, а я снова повернулся к Кузовлеву, смотрящему на «волков» с неподдельным интересом.

— Евгений Васильевич, эвакуация, — напомнил я начальнику полиции.

— Да-да, сейчас всё организую, — кивнул начальник полиции, отходя в сторону и отдавая распоряжения по рации. Выслушав ответ, он повернулся к главе второй Гильдии и внимательно на него посмотрел, а потом перевёл взгляд на меня. — Дмитрий Александрович, несколько раз отсюда было зафиксировано применение тёмного дара. Это ваш брат снова артефакты Лазаревых применял?

— Ну как вам сказать, — протянул я, внимательно разглядывая один из таких вот артефактов. Применение дара я тоже зафиксировал, оставалось только понять, как ему это удалось? — Нет, Эдуард не пользовался артефактами. Он сказал, что много чести для этих уродов, которые и так нам слишком дороги. Но вот Роман вполне мог воспользоваться парочкой. У нас собрана весьма значительная коллекция подобных артефактов, а так как Рома всё-таки принадлежит к роду Наумовых, то имеет к ним допуск.

— Ах, вот оно что, ну теперь многое становится понятно, — протянул Кузовлев, глядя на Ромку с неприязнью. — Наумовы же не относятся к Древним Родам?

— К счастью, нет, — и я повернулся к Ивану. — Ты его забираешь?

— Да, и, Дима, у меня к тебе пара вопросов, — Ваня посмотрел на Романа, и тот криво усмехнулся.

— Не бойтесь, не сбегу, к тому же у господина Кузовлева ко мне явно есть вопросы, и, наверное, первый: какого хрена я Дениску Полянского не пристрелил? Потом бы на террористов списали и красивый венок вдове подарили. Я бы Ольгу попросил, она в этом разбирается, — и Роман подошёл к смотрящему на него исподлобья Кузовлеву. Мы же с Ваней отошли в сторону, и Рокотов очень тихо, на границе слышимости спросил:

— Дима, какого чёрта происходит? Почему я не смог полноценно заблокировать Романа? Мне Залман сказал, что половина нитей совершенно спокойно себя чувствуют и не заперты в источнике.

— Эм, — я невольно оглянулся на Ромку. — Видишь ли, он умер. И мы его вытащили, но его папаша постарался, чтобы даже мелкие раны у сына не заживали как следует…

— Дима, короче, — поторопил меня Рокотов.

— Вань, я влил в него свою кровь, — махнув рукой, ответил я.

— Что ты сделал? — я ни разу ещё не видел проявления крайней степени удивления. — Дима! Ты глава Семьи, неужели ты не знаешь, что это опасно? — он даже повысил голос, и на нас с удивлением посмотрели все находящиеся в холле люди, включая Ромку, который точно ничего не понял. Он находился в раздрае и совершенно не осознавал, похоже, что его источник не полноценно заблокирован.

— Вань, не ори, — тихо ответил я. — По-другому его было не спасти.

— Сколько процентов? — сухо задал очередной вопрос Рокотов.

— Тридцать, может, чуть больше, я не знаю, — помявшись, я добавил. — Во всяком случае, гробница у него в нашем склепе появилась.

— Твою мать, — выругался Рокотов. — Роман знает?