Книга Осознанный путь, страница 55 – Илья Ангел, Алекс Ключевской

— Её имя и образ настолько въелись в мой мозг, что я уже реально верил в то, что она учится на Первом факультете. Я несколько раз здоровался с ней в гостиной, ясно видя, что эта первокурсница сидит на диване. Правда, когда Штейн сказал, что я несколько раз поприветствовал пустоту, то мне сразу стало понятно, что прорыв в менталистике застал меня слишком уж неожиданно и болезненно для моего самолюбия.

— Лео… — я ещё раз попытался прервать Демидова, но, похоже, это было бесполезно.

— Проникшись возмущением Романа, что Бурмистрова, как преподаватель, полное ничтожество и снова сломала у девчонки всё то, что он с таким трудом настроил, я достиг апогея своего позора. Потому что отправился к ней, чтобы разобраться во всём этом! На мою речь, Бурмистрова только поинтересовалась, а с каких это пор меня начали волновать дела первокурсников со Второго факультета, когда у них есть свой староста. Я тогда, чтобы не опозориться ещё больше, нёс какой-то бред и говорил, что успехи каждого первокурсника школы меня, как истинного старосту, интересуют вне зависимости от факультетской принадлежности. Тогда я понял, что инициатива очень плохо относится к менталисту, попавшему в силки безумия, вызванного собственной магией. На меня тогда свалили все дела, которые касались и первокурсников Второго факультета в том числе.

— Ну Ванда-то не виновата в этом, — покачал я головой, в очередной раз понимая, как много интересного пропустил в школе, ничем не интересуясь.

— Чисто технически, нет, — неохотно признал Лео, но тут же продолжил. — А вот когда Крис спросила меня, кто такие Вишневецкие, и почему мы должны пригласить их на нашу свадьбу, я понял, что пора воспользоваться частными уроками нашего преподавателя менталистики.

— Всё же обошлось, — неуверенно улыбнулся я, косясь в сторону ошалевшего Егора. Похоже, Дубов тоже был не в курсе большинства происходящих в школе событий.

— Да, — снова неохотно согласился Демидов. — Всё прекратилось где-то за месяц до выпускных экзаменов. Но это ничего не меняет! Те полгода я провёл в Аду, в котором мне везде мерещилась эта девчонка. Что с ней не так, а? — внезапно спросил он у меня, подавшись вперёд.

— В каком смысле «не так»? — переспросил я, не поняв вопроса.

— Сначала мы с Романом подумали, что она что-то с ним сделала. Просто я его знаю, как никто другой, и мне тяжело было поверить, что он обратил внимание на какую-то первокурсницу. Впрочем, он и сам верил в это с трудом. Мы его проверили на всевозможные чары, заклятия, проклятия, привороты и знаете, что? — Мы с Егором отрицательно покачали головами. — Ничего! Потом я отправил его кровь в мою лабораторию. И знаете что? Ничего! Абсолютно. Никаких ядов и приворотных эликсиров. Всё было чисто, как слеза младенца! И я до сих пор не могу смириться с тем ужасным фактом, что мой друг просто влюбился.

— Лео, мы знаем, что он эфирит и как Ванда на него влияет, — вклинился я, заставив его замолчать.

— Значит, что-то она с Гараниным всё-таки сделала? Хвала Богам! Я так и знал, — удовлетворённо выдохнул Демидов.

— Нет, специально Ванда ничего не делает. Она просто такая сама по себе. Такова её природа, — подключился Егор. — Так что это не отменяет твоих итоговых выводов.

— Какой кошмар, — ярый сторонник договорных браков покачал головой.