Книга Перепутье, страница 73 – Илья Ангел, Алекс Ключевской

Скоро ужин, а потом нужно встретиться с друзьями. Я попытался встать с дивана, но с первой попытки у меня не получилось. Неимоверную тяжесть в ногах усилило земное притяжение, и я с громким стоном плюхнулся обратно на насиженное место, прищемив Гвэйну хвост. Раздался душераздирающий вой испуганного и обиженного волка, привлекая внимание всех собравшихся в гостиной студентов. Наступила недоуменная тишина, а потом по рядам студентов прокатились неуверенные смешки, переходящие в полноценный хохот.

Это было обидно, и я подорвался с дивана, уже не обращая внимание на боль в ногах, и вылетел из гостиной, чуть не прищемив Гвэйну нос дверью. Я со злостью захлопнул дверь прямо перед ним, оставив этого паникёра в гостиной. Через несколько секунд порыв, заставивший меня вскочить, прошёл. Он уступил место уже привычной пустоте в голове. А ещё вернулась боль тупая и нудная, как сегодняшняя тренировка.

Как в тумане я добрался до столовой, где постепенно начали собираться голодные студенты. Ванда и Егор обнаружились, сидевшими за нашим столом. Они напряжённо о чём-то перешёптывались и вяло ковырялись вилками в тарелках с рыбой.

Я плюхнулся на свободный стул рядом с Егором. До меня не сразу дошло, что сначала хорошо было бы взять еды, а потом уже опускать своё бренное тело на спасительный стул.

Посмотрев в сторону раздаточной и тяжело вздохнув, я очень аккуратно, не повторяя ошибок, сделанных в гостиной, начал подниматься на ноги. Получилось это сделать довольно быстро и даже почти безболезненно. Получив свою порцию еды, я вернулся к друзьям и понял, что всё это время они молча наблюдали за мной.

— У вас чего такие лица похоронные? Кто-то умер? – вяло пошутил я.

— Почему тебя не было на занятиях? – спросил Егор, внимательно глядя на то, как я осторожно усаживаюсь на стул.

— Меня освободили на первое время от занятий из-за других, о которых я вам говорил, – в животе заурчало, я и набросился на еду. Ел я быстро, практически не ощущая вкуса того, что закидывал в рот.

— И как Устюгов отреагировал? Он был очень зол? – Ванда выдохнула и продолжила ковыряться в своей тарелке.

— Я его сегодня не видел. А вообще, он отказался заниматься со мной, пока я не наверстаю то, что пропустил из-за своей лени и под влиянием своих тараканов в прошлом году. И Троицкий нанял мне высококлассную няньку для персонального обучения. – Немного замявшись, проговорил я. Если друзья и заметили неловкость в моих словах, то виду не подали.

— Ты не очень хорошо выглядишь, – подвела итог Ванда, в упор разглядывая меня.

— Собственно, как и вчера, – я усмехнулся, отодвигая от себя тарелку. – Не ждите, что я превращусь в красавца за один день. Но, надеюсь, что эти персональные занятия пойдут мне на пользу. Да что уж там, уже после первого у меня болят даже волосы, зато головная боль меньше, и не тошнит. Я хоть поел нормально, впервые за несколько дней.

— Я не это имела в виду, – Ванда слегка смутилась.

— Я понял. А что вы здесь так занимательно обсуждали с такими мрачными лицами? – откинувшись на стуле, так, чтобы максимально расслабить нывшие мышцы, я почувствовал, как на меня накатывает дремота.

— Мы переживали. – Строго ответила Ванда. – И пытались понять, почему тебя не было на занятиях.