Книга Начало пути, страница 46 – Илья Ангел, Алекс Ключевской

Самым первым экзаменом у меня стояла история и культурология. Про историю я благополучно забыл, а о том, что нам ещё на этих занятиях преподавалась эта самая культурология вообще узнал только когда расписание экзаменов получил. Последние три месяца я приходил на эти пары только для того, чтобы поспать, потому что слушать монотонный бред, который нёс этот — то ли доцент, то ли аспирант, было просто невыносимо. Да и с Егором мы ни одного билета не разобрали. Я даже не думал, что по истории будет какой-то экзамен.

Я как мог пытался себя успокоить, в панике пролистывая страницы учебника одну за одной, стараясь вогнать в свою многострадальную голову как можно больше информации за очень короткий промежуток времени. Материал преподавался хаотично. Некоторые периоды и эпохи даже связаны между собой не были. Как можно одновременно учить историю древнейшего мира, где фараоны строили пирамиды, а люди поклонялись многочисленным богам, и вместе с этим разбирать Великую французскую революцию до становления Тёмной империи?

Стиснув зубы, я читал материал, изредка выходя из комнаты, чтобы перекусить, а потом вновь утыкался в учебник, погружаясь в недра истории.

За день до экзамена ко мне пришло ощущение присутствия белоснежного пухлого зверя, и отнюдь не Гвэйна, а полного песца. А ночью накануне экзамена на меня накатила непонятная паника, плавно переходящая полноценный ужас. Хотелось побиться головой об стену от осознания собственной тупости, лени и безответственности, которые шли со мной бок о бок почти всё время обучения.

Я судорожно думал, что мне делать, начиная понимать, что был сейчас близок к тому состоянию, когда впервые столкнулся со Смертью. Не так ярко, но пугающе до жути.

— Интересно, если меня и дальше будет так трясти, мой мозг тоже начнёт экранироваться, как моя магия? — нервно рассмеялся я, задавая вопрос Гвэйну. Он спал, но я его растормошил и заставил меня выслушать. Волк тряхнул головой и, спрыгнув с кровати, вышел из комнаты, лапой открывая дверь. — Вот же свинья неблагодарная, — выдохнул я и вышел следом за ним.

В гостиной уже практически никого не осталось. Засиделись только первокурсники, старательно впихивающие крохи информации в свой уже переполненный мозг. Старшекурсники же относились к экзаменам более спокойно и только вздыхали: «Неужели мы тоже такими же были?»

Побродив по гостиной, я сел на диван и протянул руку к газете, лежавшей на журнальном столике. Пробежав глазами столичные новости, не отметил ничего сверхважного. Остановив взгляд на последней странице, в которую вчитался очень внимательно. От прочитанного я опешил, а потом обвёл взглядом помещение Первого факультета обречённым взглядом. Похоже, мне придётся ещё долго здесь куковать.

Я уже представил, как все мои однофакультетчики выпустились, мы отмечаем выпускной Егора, а я все ещё учусь на первом курсе, потому что завалил свой первый экзамен.

Не выдержав я поднялся в комнату старосты. Постучав в дверь, вошёл, не дожидаясь приглашения. В комнате было четыре кровати, с которых на меня посмотрели с любопытством четыре пары глаз. Я-то привык жить в одиночестве и увиденное показалось мне немного странным и непривычным.

— Если что, меня здесь нет, — увидев меня, Ромка накрылся одеялом с головой, чем заслужил просто убийственный взгляд от Демидова.