Книга Путь меча. Том 2, страница 61 – Илья Ангел

Я лежал на спине, тяжело дыша и глядя в белёсое небо. Рядом Сяо Бай откашлялась, поднимаясь на локти.

— Ты решил не просить моей руки, — прохрипела она, и в её голосе прозвучала сдавленная смесь смеха и облегчения, — а просто её вырвать? Спешу огорчить, так это не работает.

— Жаль, а план казался безупречным, — усмехнулся я, принимая сидячее положение. Всё тело ныло, но мы были на месте. Прямо перед нами зиял главный вход в Склеп Павших Звёзд — огромная арка, ведущая в странную, светящуюся комнату.

Мы поднялись, отряхнулись и подошли к входу.

— Ну что, — Сяо Бай расправила плечи. — Пора узнать, ради чего всё это было.

Мы переступили порог вместе.

Стены и пол слабо светились. Это был белый, холодный свет, отбрасывающий длинные, расплывчатые тени. Мы оказались в огромном круглом зале. Куполообразный потолок где-то высоко в темноте был усыпан вкраплениями минералов, мерцающих, как настоящие звёзды.

Но нас заставило застыть не это. В центре зала, образуя круг, стояли стелы. Их было семь. Каждая выше человеческого роста, высеченная из цельного блока того же светящегося камня. И все они были разными.

Одна была гладкой и отполированной, как зеркало, и в её поверхности непрерывно сменяли друг друга отражения далёких галактик и туманностей. Другая — вся покрытая острыми, хаотичными насечками, будто её резали в припадке безумия. Третья казалась текучей, её форма постоянно менялась, хотя камень оставался твёрдым. От каждой исходила уникальная, подавляющая аура.

И на двух из них нашлись иероглифы, понятные нам. На одной чья поверхность напоминала застывшую рябь на воде, светились знаки: «Стела Безмолвного Сдвига». На другой — с резкими, как лезвия, линиями: «Стела Рассекающего Намерения».

Мы обменялись взглядами. Здесь не нужно было ничего говорить. Мы пришли сюда ради этого.

— Удачи, — тихо сказала Сяо Бай, и её голос прозвучал особенно громко в величественной тишине зала.

— И тебе, — ответил я, направляясь к своей стеле.

Коснувшись Стелы, я увидел Истину Меча. Простую, как линия горизонта, и бездонную, как ночное небо.

Мне показали не просто удар, а сам момент рассечения. Я увидел лезвие, входящее в дерево. Как волокна древесины не ломаются под силой, а расступаются перед остриём, если оно движется под правильным углом, с правильным намерением.

Я увидел, как камень можно расколоть не грубой силой, а ударом, чья вибрация резонирует с его внутренней структурой.

— Всё режется, — пронеслось в сознании. — Воздух, свет, мысль, энергия. Вопрос не в твёрдости материала, а в остроте твоего намерения и точности угла атаки. Ты не пробиваешь преграду. Ты находишь путь, по которому мироздание позволит тебе пройти.

Это касалось всего. Защита противника из сгустка льда? Её можно не сломать, а разморозить ударом, заставив рассыпаться безобидными снежинками. Иллюзия? Её можно разрезать, сконцентрировав взгляд и волю в одной точке, рассеяв концентрацию творца.

Мне показали мой собственный блок — грубый, силовой, останавливающий атаку противника ценой огромных затрат силы и разрушения моего равновесия.

А потом Стела показала Иной Путь.

Я увидел, как можно встретить вражеский удар не лоб в лоб, а по касательной. Не останавливать его, а перенаправить. Лёгкое движение запястья, точный угол. Вражеская сила, её инерция, её намерение ударить — всё это не гасилось, а перехватывалось и использовалось.