Книга Во власти Скорпиона. Большая игра, страница 6 – Александр Майерс, Гриша Громм

— Стоп! По одному. Медленно. Что случилось? Где краб?

Васька, более эмоциональный, бросается вперёд.

— Мы нашли его, господин! Но он был не один! Там были девушки! Красивые! Они его… они его слушаются!

Я морщу лоб. Мой уставший мозг с трудом переваривает эту информацию.

— При чём здесь красотки? — спрашиваю я, глядя на Сашку, который выглядит чуть более собранным. — Санёк, докладывай. Чётко и по делу.

Сашка делает глубокий вдох, пытаясь взять себя в руки.

— Мы нашли краба. Того самого. Но он не такой, как вы описывали, не размером с тарелку. Он теперь… с собаку среднюю. Может, и больше. И панцирь у него — синий, с шипами, как вы и говорили, но… — он запинается, — но главное не это. У него… телепатические способности, что ли. Он взял под контроль двух девушек. Тех, что на пляже были. Их глаза горели зелёным, как у него! Они выполняли его приказы! Заманили нас в ловушку и напали!

Охренеть. Мутаген из муравьиной кислоты подействовал ещё круче, чем я думал. У краба появился телепатический контроль, значит. Нехорошо.

— И где он сейчас? И эти девушки?

— На пляже, в старой развалюхе-бунгало! — выпаливает Васька. — Мы еле ноги унесли!

— Отлично, — говорю я, уже срываясь с места. — Едем всей братвой туда. Сейчас же.

Я уже иду к выходу, но останавливаюсь и оборачиваюсь к гвардейцам.

— Как так вышло, что вы его не взяли? Инструкции были чёткими.

Сашка опускает голову.

— Вы сказали краба не убивать, господин. А на девушек рука не поднялась. Они же… ну, девушки. Они набросились, царапались… Мы вырвались и убежали. Простите.

Я вздыхаю. Понимаю их. Столкнуться с монстром — одно дело. А бить невиновных, по сути, красоток — совсем другое. Да и вообще бить девушек — фу, это не по-пацански. Так что не осуждаю, я всё прекрасно понимаю.

— Ладно. Сейчас разберёмся. Погнали!

Через десять минут мы уже мчимся на пляж. Я беру с собой восемь человек, включая Цыпу — на случай, если краб окажется несговорчивым.

Прибываем на место. Пляж пуст и безмолвен, освещён только луной. Ещё надо привыкнуть, что в горах рано темнее. Подходим к тому самому бунгало, которое описали ребята. Дверь распахнута. Внутри — пусто. Только следы борьбы и порванные сети.

— Ищите! — приказываю я. — Обыскать всю бухту, все укрытия!

Мы прочёсываем каждый камень, каждую расщелину, обыскиваем все постройки. Цыпа с лёгкостью переворачивает тяжёлые валуны. Гвардейцы лезут в каждую щель, светят фонарями в каждую расщелину, изучают каждый сантиметр линии прибоя.

Ничего. Ни краба, ни девушек.

Я иду вдоль кромки воды, вглядываясь в тёмную, непроглядную воду. Краб может быть где угодно. На дне, в подводных пещерах, под камнями.

— Нужно попробовать нырнуть, — говорю я. — Хотя бы у самого берега.

Снимаю куртку, сапоги. Вода холодная, обжигает кожу. Я ныряю, пытаясь в свете макрового фонаря разглядеть что-то на дне. Вижу лишь камни, водоросли и ракушки.

Выныриваю отплёвываясь. Цыпа и ещё пара ребят тоже пытаются, но без специального оборудования или заклятий глубоко не нырнёшь и долго под водой не продержишься. Мы всего лишь люди, а не русалки.

После получаса бесплодных попыток я вылезаю на берег, дрожа от холода. Поиски на суше тоже не дали результата. Мы ищем до глубокой ночи, пока глаза не начинают слипаться от усталости, а фонари садятся. Бесполезно. Их как будто и не было.