Книга Во власти Скорпиона. Большая игра, страница 56 – Александр Майерс, Гриша Громм

— Вы правы, господин. Простите за слабость. Всё будет сделано. Я настрою прибор, соберу данные. Создам словарь.

— Вот и хорошо, — киваю я. — Подготовь всё, что нужно. Как только Алексей освободится — отправляетесь. И, Фёдор, это важно. Возможно, это ключ к тому, чтобы получить могучих и верных союзников. Цени такой шанс.

— Понимаю, — говорит он твёрже. — Не подведу.

Оставляю его среди его хлама с новой, пугающей, но важной задачей. Выхожу из лаборатории и иду в столовую. Пора позавтракать. А после завтрака — нужно будет провести окончательный инструктаж для наших диверсантов. И проследить, чтобы служанка аккуратно вшила устройства в их одежду.

Мысли возвращаются к муравьям. Если Фёдор действительно сможет наладить с ними более-менее внятный контакт… Это изменит очень многое. Они знают Изнанку как свои пять… лапок, или сколько их там. Они могут стать не просто союзниками, а источником знаний, проводниками, может, даже войском в каком-то смысле.

Сажусь за стол, наливаю себе кофе. За окном уже яркое утро.

Олег муштрует новобранцев. Фёдор в своей лаборатории паяет последние контакты в следящем устройстве.

Где-то в деревне Старое Аджи-Кой Толик, наверное, уже завтракает похлёбкой и готовится к своему «героическому» дню.

А в Ялте Давид Кабанский только что получил моё письмо и давится своим утренним кофе.

Эх, не жизнь, а сказка.

Усадьба барона Кабанского, в это же время

Давид Кабанский сидит в своём кабинете и смотрит на письмо от графа Скорпионова. Время почти подошло. А у него до сих пор нет ни капли того чёртова птичьего молока.

Несмотря на все усилия: пение служанок, уговоры, угрозы превратить птицу в чахохбили — глупая тварь лишь шипела и пыталась лягнуть. Никаких намёков на лактацию.

«Всё это какая-то фигня, — думает Кабанский, громко отпивая из кружки свой утренний кофе. — Полный бред. Птицы молоко не дают. Значит, Скорпионов наверняка хочет меня как-то обмануть. Подловить на незнании. Привезёт какую-нибудь подделку, а я не смогу доказать, что это не оно. Или, того хуже, притащит настоящее, а у меня ничего не будет, и я окажусь в дураках».

Мысль об этом жжёт его гордость. Он, Давид Кабанский, будет посрамлён каким-то выскочкой? Никогда!

«Ну что ж, — решает барон, отставляя кофе. — Если он хочет обмана, он его получит. Только не в ту сторону, в какую рассчитывает».

Его люди уже ведут какое-то время свою, тихую охота. Да, им официально запретили закрывать разломы и охотиться на монстров после того инцидента. Но запрет — это бумажка. А победа над Скорпионовым — дело чести.

И Давид уверен: запрет скоро снимут, стоит только нужным людям пошептать и нужную сумму перевести. А пока… пока можно чуть-чуть его нарушить. Ради высшей цели.

В этот момент дверь в кабинет со скрипом открывается. Входит один из его гвардейцев, Семён. Вид у него не очень. Лицо перебинтовано, одна рука на перевязи, в глазах — смесь усталости и торжества.

— Барон, — хрипит он, чуть не падая от усталости. — Добыли.

Кабанский резко поднимает взгляд.

— Молоко?

— Да. У того… существа. В Изнанке, где-то болото вонючее. Чудище, похожее на жабу размером с корову. Но с какими-то… выростами на брюхе. Как соски.

Кабанский морщится, представляя эту картину. Но интерес берёт верх.

— И что? Выдоили?