Книга Во власти Скорпиона. Большая игра, страница 55 – Александр Майерс, Гриша Громм

Энтузиазм на лице Фёдора слегка меркнет.

— Э-э… Это пока только намётки. Ядро устройства, так сказать. Но для точной настройки мне нужен образец биоматериала именно этого мутанта. Кровь, хитин… Что угодно, что несёт его уникальный магический отпечаток. Без этого он будет ловить вообще всех магических существ в радиусе… бесполезно, в общем.

— Жаль, — говорю я, но не разочарованно, как применить этот агрегат в другом месте тоже появляются мыслишки. Кто мешает отслеживать тварей на Изнанке, например? — Продолжай работать. Как появится образец — сразу ко мне. А пока сосредоточься на другом.

— На чём? — оживляется Фёдор.

— На переводчике для разумных муравьёв. Как продвигается?

Тут его глаза снова загораются. Он отодвигает в сторону кучу железок и достаёт из-под стола другой прибор. Тот выглядит ещё более абстрактно: несколько кристаллов разного цвета, заключённых в медную оправу, соединённых проводами с небольшим плоским экраном, похожим на матовое стекло.

— А вот тут всё гораздо интереснее! — восклицает он. — Конечно, надо проверять на месте, но… несколько базовых слов устройство уже способно переводить! Вернее, не переводить, а улавливать смысловые вибрации и проецировать их в виде простых символов на экран! Смотрите!

Он включает устройство. Кристаллы тускло светятся, на экране возникают хаотичные полосы. Фёдор достаёт муравьиную ферму из одного из ящиков и наводит на неё. На экране полосы начинают упорядочиваться, складываясь в простые пиктограммы: что-то вроде солнца, тени, стрелки.

— Видите? Это — «свет», «тьма», «движение»! Конечно, это примитивно, и обычные муравьи совсем не те, что с Изнанки, но это начало!

Я смотрю на эти мигающие символы, и внутри что-то щёлкает. Возможность общаться с муравьями не на уровне интуиции и жестов, а на уровне хоть какого-то понимания — это прорыв. Это может дать нам доступ к их знаниям об Изнанке, к их помощи в добыче ресурсов, да к чему угодно.

— Что нужно для улучшения работы устройства? — спрашиваю я.

Фёдор выключает прибор, его лицо становится серьёзным.

— Нужно всё настраивать на месте. Записывать, что «говорят» муравьи в конкретных ситуациях, расшифровывать эти вибрации, привязывать их к действиям или объектам. Создавать базу, своего рода словарь. Чем больше данных — тем точнее будет перевод. Это долгая и кропотливая работа… — он бросает на меня неуверенный взгляд.

— Значит, так, — говорю я, принимая решение мгновенно. — После того как разберёмся с диверсией, хватаешь Алексея. Муравьи его знают и, надеюсь, доверяют. И вы вместе идёте на Изнанку, в их город. Ты делаешь всё необходимое для создания этого словаря. Записываешь, настраиваешь, расшифровываешь. Всё, что нужно.

Фёдор смотрит на меня, и его глаза округляются от ужаса.

— Как… я сам? На Изнанку? К муравьям? Господин, я… я артефактор, а не полевой исследователь! Я… я могу тут, в лаборатории…

— Тебя, что, нужно за ручку подержать? — перебиваю я. — Алексей с тобой будет. Он сильный, он их знает. Он не даст тебя тронуть. А ты — специалист. Кто, кроме тебя, сможет настроить этот прибор и собрать данные? Я? Олег? Нет. Только ты. Ты хотел служить роду, использовать свои навыки? Вот тебе возможность.

Он замирает, его лицо бледнеет, потом краснеет. Видно, как в нём борются страх и желание доказать свою ценность. Наконец, он опускает голову, потом гордо поднимает её: