Книга Во власти Скорпиона. Вернуть свое, страница 86 – Александр Майерс, Гриша Громм

Тут же выпускаю несколько жал из родового кольца, показывая серьёзность своих намерений. Капитан морщится, недоверчиво оглядывая меня и моего спутника — здоровенного увальня с кастетами на кулаках, который выглядит так, будто только что разобрал танк голыми руками.

— Граф или не граф, правила движения… — начинает он снова, но тут в разговор вступает Цыпа.

Алексей просто делает шаг вперёд. Он не говорит ни слова. Просто слегка, почти нежно, стучит кастетом о кастет.

Раздаётся негромкий «бдыынь», а за ним поднимается видимая волна, похожая на колебание горячего воздуха. Она расходится от его кулаков и бьёт по асфальту. Трещины, тонкие, как паутина, моментально расползаются под ногами у полицейских. Никто не падает, но все невольно отскакивают назад, хватаясь за оружие с испуганными лицами.

— Вот его, — говорю я, кивая на Цыпу, который стоит с абсолютно невинным выражением лица. — На вас спущу, если будете мешать. Или можете помочь. Выбор за вами. Олег, Алексей, оставайтесь здесь, объясните всё нормально.

Я разворачиваюсь и бегу к воротам академии. Слышу за спиной возмущённые голоса полицейских, потом спокойный, убаюкивающий баритон Олега:

— Господа офицеры, давайте я вам всё по порядку…

Надеюсь, капитан с его опытом службы в органах найдёт с ними общий язык. У меня же сейчас другая задача.

Портал, к счастью, свободен. Врываюсь внутрь, а оказавшись на Изнанке, бегом несусь к зданию академии. Ориентируюсь по памяти и указателям — мне тут однажды уже приходилось бывать, когда искал порталиста.

Ректорат находился на втором этаже. Взлетаю по лестнице, игнорируя пару студентов-засонь, сонно бредущих из библиотеки. Дверь в приёмную ректора закрыта. Не трачу время на стук и врываюсь внутрь.

Внутри за огромным, заваленным бумагами столом сидит мужчина. Это Ростислав Фадеевич Лозовский, ректор. Он поднимает на меня усталые глаза над стопкой документов:

— Граф Скорпионов, — произносит он с удивлением. — Опять вы. Чем на этот раз обязан? Ваша подопечная, Ирина Валерьевна, вроде бы у вас благополучно устроилась. Или нет?

— Нет, — говорю я, подходя к столу. — Она попала в случайный разлом. Случайный, который сама же и открыла. Провалилась. Мне нужен порталист. Прямо сейчас. Лучший, какой у вас есть. Или контакты того, кто может помочь.

Ростислав Фадеевич медленно снимает очки, протирает их платком. Вздыхает.

— Граф, я вам в прошлый раз говорил и сейчас повторю. Сейчас порталистов в академии нет. Кто на каникулах, кто в отрядах, на практике. Кто-то на заказах. Никого здесь нет. Вообще.

— Дайте мне их контакты тогда! — не сдерживаюсь я. — Телефоны, адреса! Я сам найду, сам уговорю!

— Контакты… — он качает головой. — Это личные данные. Без согласия студентов и выпускников я не могу…

— Ростислав Фадеевич! — мой голос становится жёстче. — Там человек, ваша бывшая студентка, возможно, умирает в какой-то дыре между мирами! Вы действительно будете прятаться за бюрократию? Дайте мне хоть что-то! Или скажите, куда ехать!

Ректор смотрит на меня, и в его усталых глазах мелькает что-то похожее на раздражение.

— Я же вам говорил, — произносит он тихо, но очень чётко, — что с ней одни проблемы. Талант есть, да. Но неконтролируемый. Бедовая девица. Вечно что-то не так, вечно срывы. Вот и дошла до беды.